Глава ll. В гостях

- Дорогая, Эмма, идем попьем чайку, ‐ улыбнулась тетушка.

Эмма вытерла обувь об коврик, он был нежных пастельных цветов, видимо его стирают каждую неделю, раз он такой чистый. Стук каблуков удалялся все дальше от девушки. Походу тетушка уже шла ставить чайник. Блондинка осмотрела коридор вновь, она всегда смотрела на этот дом словно в первый раз. Холодный пол, шелковые шторы, бахрома на подушках, легкий тюль. Здесь было уютно, много старинных и фамильных вещей было у миссис Жуверт. Часы в золоте украшенные одной красивой синей птицей. Она была чудесна, так легка. Эта птица взлетела, голубые глаза девушки расширились, а брови поднялись. Синяя птица летела вокруг девушки, но вскоре прекрасный полет завершился. Девушка подумала, что ей это привиделось, но частичка разума твердила это явь.

- Мисс Грейс, чайник вскипел, - сказал слуга.

Девушка слегка кивнула, после чего поправила локон. Стуча каблуками, милая дама зашла в очаровательный обеденный зал. Столько бахромы и ажурных узоров. Все было уютно и грациозно. Бордовые с золотистой окантовкой шторы, также бордовая скатерть, серебрянные ложки, вилки, ножи, тарелки. Эмма села на стул и увидела как слуги приносят десерт с чаем. Чай был с бергамотом, девушка вдохнула его запах, он конечно был обворажительный, но все таки Грейс любила запах чая с ягодами. Отпив глоток, девушка хотела скривится, но не стала. Тетушка же ткнула вилку в торт. Мягкие коржи, сливочный крем, воздушная текстура, и это все таяло во рту.

- Дорогая, Эмма, куда направляешься? ‐ спросила миссис Жуверт, отпивая чай.

- В Риделбург, ‐ ответила девушка взяз в вилку кусочек торта.

‐ Это чудесно, с какой целью? - вновь поинтересовалась женщина.

- Больше знакомств и перспектив будет у меня в этом городе, - слегка улыбнулась Грейс.

- Кстати, когда приедешь туда, можешь передать это письмо моему племяннику, - женщина протянула письмо.

- Хорошо.

Девушка взяла письмо. После обыкновенной довольно обыденной беседы, блондинка поднялась на второй этаж. Служанки словно хвостик прошмыгнули за ней в комнату и сняли с нее платье. Оставшись лишь в ночнушке, девушка распустила волосы. Волнистые длинные волосы спадали по ее плечам. Девушка уснула в громадной кровати. Той снились обыкновенные сны. Ночью были слегка слышны звуки совы и сверчков. Большая белая луна озарила небо. Звезды на ее фоне, были лишь мелкими тусклыми точками. Наверняка в это время ни одна живая душа не бродит в лесу.
Тем временем наша служанка Кармен, уже закрывала дверь спальни, в которой заснул мистер Лургиф. Девушка тихонько зашла в маленькую комнатку, где была вешалка и несколько вещей. Девушка взяла свое платье, оно было простым: темный цвет, черная окантовка, длина платья была обыкновенной - чуть выше щиколоток. Надев уличные сапожки, которые также были потерты и изношены, Кармен взяла сумку. Выходя из поместья Жувертов, брюнетка вновь оглянулась, после потушила свечу и вышла, прикрыв за собой дверь. Улицы в это время пустели. Туман лишь сгущался и совершенно ничего не было видно. Девушка ступила на тротуар, снег слегка захрустел. Надев накидку и накинув капюшон, девушка шла дальше. Богатые улицы сменялись мрачными переулками. Девушка увидела свет в одном ветхом домике. У окошка кто то сидел.
Кармен отворила дверь и вошла, ту встретил мужчина лет 60. Пожилой мужчина обнял девушку как родную. Потертые ботинки были уже на полочке, а накидка висела на вешалке. Из сумки девушка достала конверт. Бумага была старая и желтая. Молодые теплые ладони достали из конверта деньги и вручили мужчине.

- Ох, мисс Шугар, не стоило, - отвергнув деньги произнес мужчина.

- Мистер Дибли, я у вас живу за просто так, поэтому не отказывайтесь, - девушка положила деньги в тарелку.

Мужчина слегка улыбнулся и ушел в спальню. Через несколько минут из комнаты был слышен громкий храп. Слегка усмехнувшись, Кармен ушла в гостинную. Кинув на диван плед, девушка укрылась им и уснула.

***

18 декабря 1854 год. Кавербах.

Теплые лучи еле промелькнули сквозь густой туман. Кавербах наполнился теплом. Снегири зачирикали по новому, а стайки граклов перекрикивали друг друга. Солнце еле возвышалось над городом. Но туман все еще царствовал на улицах и призывал холод и мороз. Да, счастье было недолгим, но разве его кто то заметил? Было 4 утра, так что солнце осталось позади. Лошади в конюшнях мирно спали, за исключением одной. Эта кобыла пыталась родить детеныша на свет, но разве можно назвать этот мрак светом? Жаль люди спали, нашей лошадке пришлось самой родить скакуна. Маленький жеребенок уже теплился у материнского тела. Мы к нему еще вернемся.
А пока наш жеребенок сопел рядом с мамой, ужасная вьюга летала над городом в поиске холодных и таких же тоскливых людей. Один такой человек точно имелся. Им был 23-летний парень, он продавал ювелир в центре города. Некоторые изделия были ограниченной коллекции и их цена была очень даже завышенной, что очень даже радовало. Но парню это особого наслаждения не придавало. Он создавал собственные ювелирные украшения. Когда тот пытался их выставить на прилавок, над ним постоянно надсмехались. Естевственно, он не сдался. Только когда он берет корневертку и надфиль, начинается волшебство. Именно здесь наша героиня будет покупать подарок на торжество.

10:27

Девушка ходила по серым улицам, лишь изредка осматривая их. Она уже знала куда идет. Там ее будет ждать милый старичок со своим прилавком ювелира. Каблуки стучали по серому асфальту, уже чуть вдали виднелся белый домик с искрящейся витриной. Маленькие искорки слегка ослепляли глаза девушки. Сильней укутавшись в шарф, она зашагала быстрее. Эмма зашла в прилавок, но там ее ждал не старик Джим. За кассой стоял парень, у того были темно-русые волосы, лицо овальной формы, мягкие черты. Глаза были светло карие, тело худощавое. Особенных черт в этом человеке не было.

- Вы, что то хотите? Помочь с выбором? - спросил парень.

- Здравствуйте, Вы не могли бы подсказать где сейчас Джим Рубин? - подошла к кассе девушка.

Вся внутренняя часть ларька была из дерева, на витринах лежали красивые кольца, ожерелья, колье, серьги. Все блестело и сверкало. Свечи были новые и только заженные. Бахрома на шторах сапфирового цвета. Пол слегка скрипел, что говорило, пора делать ремонт. Стекло отпалированно, картины развешены, окна вымыты. Парень явно потрудился. На самом молодом человеке, красовался воротник с пальто, брюки были идеально проглажены. Он явно отличался чистоплотностью.

- Он... скончался. Я Артур Оксфорд, вместо него, - произнес парень.

- Печально. Чтож... приятно познакомится, Эмма Грейс, - едва сдерживая слезы сказала та.

- Знаю, эта новость прискорбна, - парень опустил голову.

В глаза тому бросились записи, в которых были имена постоянных клиентов, одним из них было "Эмма Грейс". Также рядом стояла дата рождения и подпись. Глаза у того расширились, ведь это имя было написано красной пастой и на первом месте. "Видимо отец у девушки Маркиз" - подумал Артур. Вновь подняв на ту взгляд, он слегка улыбнулся. Парень начал расспрашивать девушку об ее отце, куда направляется и т.п. Эмма же рассказывала только правду, но умалчивала важные нюансы. Когда тот спросил куда же она направляется, девушку слегка насторожил этот вопрос, поэтому она сказала, что едет в деревушку Бутхоппенс. Эта деревня стояла рядом с Риделбургом, так что если он будет следить, то ничего не заподозрит. Вопросы постепенно переходили на обыденную беседу и вскоре закончились. Эмма внутри облегченно выдохнула, ведь ее этот разговор начинал по-немногу раздражать. Парень угомонился, и она могла спокойно выбрать подарок на званный ужин Гардбендов. Увидя прелестный перстень для Уильяма старшего и бриллиантовое колье для Хелен Гардбенд, блондинка тут же сказала их упаковать. Артур быстро положил их в коробочки, а затем запечатал в пергамент, также обвязав бечевкой. Девушка попрощалась со своим новым знакомым, а ведь Артур Оксфорд мог быть ее приятелем.
Девушка мигом пришла к поместью. Переодевшись и забрав свой чемодан, который был увесистый, блондинка попрощалась с тетушкой. Приказав мистеру Лургифу то бишь кучеру ехать, Эмма достала книгу. Лошади после очередного хлыста двинулись с места. "Риделбург, жди меня" - улыбнувшись, подумала девушка.