Кабинет Логиста

Знакомо это чувство? Когда ночью, уже на грани сна, в голову приходит мысль: «Чёрт, надо было ответить иначе!»
Конечно, знакомо. Но вот вопрос: почему мы не говорим этого тогда? Может, потому что в тот самый момент, под вспышкой адреналина и обиды, наш ответ и был — единственно верным? Он был честным. Грубым, резким, неидеальным — но настоящим.
Вспомните: школьный задира, его тупые колкости, ваш вырвавшийся, как плевок, ответ: «Иди нафиг!». А годы спустя вы лежите в темноте и мысленно оттачиваете язвительные тирады, которые могли бы его уничтожить. Стоит ли? Это всё — пыль прошлого. Не тащите её в будущее. Пусть эти моменты станут не камнями на шее, а ступеньками. Сделали вывод? Отлично. Идите дальше.

Цифры на экране не сходились. Мари откинулась в кресле, зажав между зубов кончик ручки. Закупка партии виски — $7000. А итоговая сумма в отчете — все $15000. В первоначальную смету входило всё: товар, упаковка, логистика. Куда испарились еще восемь тысяч?

Её пальцы листали виртуальные страницы транзакций, глаза выхватывали строчки. И там, в самом низу, будто спрятавшись в тени столбцов, она нашла её. Не одну, а две операции: $3500 и $4500. Получатель — **Карен Холланд**.

Имя ничего не говорило. База сотрудников молчала. Призрак. Или чья-то очень наглая маска.

Мари потянулась за телефоном. Сообщение Патрику было коротким и деловым:

> **Мари:** В отчете за ноябрь нашла два транша — 3.5к и 4.5к. Итого 8к, ровно наш недостаток. Ушло на Карен Холланд. Кто это?
>
> **Патрик:** Твою ж... Понял. Встречаемся. 2 этаж, каб. 210. Сейчас.

Мари выдохнула, отправив в монитор сонный режим под защитой пин-кода. Взяла блокнот из грубой кожи — подарок отца на совершеннолетие — и направилась к лестнице. Лифты были для клиентов и трусливых.

На площадке между этажами стоял Кевин Браун, из отдела маркетинга. Прислонившись к стене, он выпускал клубы ароматного пара из вейпа, уткнувшись в телефон.

— Нарушаете, мистер Браун, — голос Мари прозвучал ровно, без укора. — Правила внутреннего распорядка, пункт 4.7: курение исключительно в designated areas. Ай-ай-ай.

Кевин медленно поднял взгляд. Ухмылка растянула его губы.
— О, смотрите кто. Наше восходящее солнышко. Или, прости, шлюшка  нашего солнца. Удобно, да? Небось, место «отработала» по-особенному?

Тишина повисла на секунду. Мари не моргнув глазом подошла вплотную. Взяла его девайс из расслабленных пальцев, поднесла к губам и сделала медленную, демонстративную затяжку. Яблочный лед ударил в горло.

— Мимо, — выдохнула она дымом ему в лицо, возвращая вейп. — Совсем мимо. Я здесь, потому что считают меня лучше тебя.— Мари подмигнула — Я дочка твоего босса,дубина.

Она повернулась, чтобы уйти, откинув волосы — жест, отточенный до безупречности.
— Лиса! — бросил он ей вслед, но в его голосе было больше досады, чем злости.

Не оборачиваясь, она парировала:
— В прошлый раз была курицей. Видимо, эволюционирую быстрее твоего карьерного роста.

Её каблуки отстучали по бетонным ступеням вниз, оставив его одного с облаком пара и подпорченным настроением.

Найти его кабинет было квестом. Он затаился в лабиринте складских коридоров, за дверью с простой табличкой «Логистика. П. Мур».

— Представление окончено? Можно войти? — Мари переступила порог.

Кабинет был хаосом, организованным по своей таинственной системе. На стенах — карты маршрутов, на столе — три монитора.

Патрик оторвался от экрана, закрыл толстую папку. В его взгляде не было обычной братской дурашливости — только холодная собранность.
— Нашла. Садись. Карен Холланд. Работала здесь два года назад, была моим неофициальным наставником. Ушла со скандалом. Воровала мелочь со склада — алкоголь, канцелярию. Поймали с поличным.

— И?
— И сейчас она снова в городе. — Патрик щёлкнул мышкой, развернув монитор. — А её новоиспечённый муж, кстати, до сих пор водит у нас погрузчик. Расписались пару месяцев назад. Совпадение? Не думаю. Пахнет личной местью.

— За что мстить? Уволили же за дело.
— За унижение. — Он запустил видео. Чёрно-белое, с камеры наблюдения. Женщина (Карен) в ярости бьёт отца Мари по лицу, её беззвучный крик искажает гримаса. — Она подала в суд за клевету . Но у нас были записи с каждого угла. Суд дал ей год условно. Видимо, этого было мало.

Мари скрестила руки, мысленно собирая пазл.
— Переводы за ноябрь. Но доступ к финансовым документам того квартала есть только у меня и у бухгалтерии. Как они это провернули?

Патрик многозначительно поднял бровь.
— Бухгалтерия. Точнее, Барбара Юн. Жена родного брата Карен. Семейные узы, знаешь ли, иногда крепче корпоративной этики. Брат Карен в юности нагулял ребёнка от Барбары. Связь, хоть и токсичная, но осталась.

В голове Мари щёлкнуло. Она встала, подошла к окну, глядя на грузовики на погрузочной площадке.
— Значит, схема проста. Муж-погрузчик создаёт «потери» при инвентаризации. Барбара в бухгалтерии оформляет фиктивные транши под старые, уже закрытые закупки. А Карен получает деньги, прикрываясь чужим именем. Элегантно и нагло.

Патрик уже держал в руке телефон, большой палец завис над контактом «Отец».
— Увольняем? — в его голосе звучала предвкушающая решимость.

Мари обернулась. В её глазах горел не гнев, а холодный, расчётливый азарт охотника, нашедшего след.
— Не только увольняем. Собираем в конференц-зале отдел бухгалтерии и закупок. Через пятнадцать минут. Пусть все видят, как в этой фирме поступают с теми, кто считает нас дураками.

Патрик кивнул, и его палец нажал на кнопку вызова. Голос отца в трубке прозвучал спокойно и весомо: «Действуйте». Механизм правосудия, тихий и неотвратимый, пришёл в движение.