Глава 6.

Они вышли из офиса в одиннадцать вечера, и ночной город встретил их липкой духотой асфальта, остывающего после дневного пекла. Василиса поправила жакет, на ходу отвечая на сообщение в телефоне, а Руслан шёл чуть позади, засунув руки в карманы джинсов - нарочито расслабленный, будто вся эта мафиозная эстетика была ему до лампочки.

- Ты мог бы сесть за руль, - бросила она через плечо, не отрываясь от экрана.

- Я мог бы, - согласился он. - Но не буду.

- Почему?

- Потому что тогда ты сядешь рядом и опять полезешь ко мне.

Она хмыкнула, убирая телефон в сумочку. Повернулась к нему, и в свете уличного фонаря её лицо казалось вырезанным из слоновой кости - холодное, прекрасное, недоступное.

- Боишься, что не устоишь?

- Боюсь, что ты снова не устоишь.

Она засмеялась - коротко, без веселья, скорее как признание его правоты. Они пересекли пустынную парковку, и её "Мерседес" блеснул хромом в полумраке. Руслан уже потянулся к ручке задней двери, собираясь сесть назад, подальше от неё, когда воздух разорвал звук - резкий, хлёсткий, как удар бича по мокрому брезенту.

Василиса не поняла сразу. Она замерла, глядя на него, и в её глазах мелькнуло недоумение - детское, почти смешное. А потом Руслан рванул к ней, сбивая с ног, накрывая своим телом, и они рухнули на асфальт в клубах известковой пыли от выщербленной стены.

Второй выстрел вспорол воздух, третий взвизгнул рикошетом от капота.

Она чувствовала его тяжесть - горячую, дрожащую, руки сцеплены у неё за спиной, лицо уткнулось в шею, дыхание рваное, пахнет потом и мятной жвачкой. Он что-то шептал - сквозь звон в ушах она не разбирала слов, только вибрацию голоса у своей ключицы.

- Руслан, - выдохнула она. - Руслан, отпусти. Надо укрыться.

- Заткнись, - прохрипел он ей в ухо, и голос его был странным - булькающим, влажным. - Лежи смирно.

Руслан оказался быстрее.

Он рванул её к себе, разворачиваясь корпусом, принимая удар.. Пуля вошла в плечо - мокрый, рваный звук, от которого у неё внутри всё оборвалось. Они рухнули на асфальт, сплетённые в один тугой узел. Его вес придавил её к земле, грудь на груди, дыхание на дыхании. И в этом падении было что-то неправильно интимное - будто их венчали свинцом...

Она попыталась вывернуться, но он держал мёртвой хваткой. И только когда стрельба стихла, когда где-то вдалеке взвыли сирены, когда охранники выскочили из дверей с оружием наизготовку - только тогда она почувствовала, как его пальцы разжимаются, как тяжесть тела становится невыносимой, как что-то тёплое и липкое заливает ей шею.

- Руслан?