Глава 7.

Прошла неделя...

Машина въехала в ворота особняка, и Василиса взглянула на Руслана - он сидел на пассажирском, прижавшись затылком к стеклу, глаза закрыты, пальцы левой руки барабанят по колену, правая - на перевязи. Бледный, осунувшийся, но живой. Живой, чёрт возьми.

- Я помогу тебе дойти, - сказала она, глуша двигатель.

- Не надо, - он открыл глаза, и в них мелькнула та самая упрямая искра, которая бесила её с первой встречи. - Я не инвалид.

- Руслан...

- Я сказал - не надо.

Он выбрался сам, пошатнувшись на подгибающихся ногах, придерживая перевязанное плечо. Она смотрела, как он идёт к крыльцу - спина прямая, челюсть сжата, будто каждый шаг причиняет боль, но он скорее умрёт, чем покажет слабость. Гордый. Дикий. Её.

Внутри особняка пахло деревом и лавандой - она специально распорядилась, чтобы в его комнате поставили свежие цветы. Хотела, чтобы ему было хорошо. Хотела, чтобы он чувствовал - это дом.

- Располагайся, - сказала она, поправляя пиджак. - Я велела приготовить твою комнату. Если что-то понадобится - скажи охране, они свяжутся со мной.

- «Охране», - усмехнулся он, не глядя на неё. - Чтобы они за мной следили? Или чтобы я чувствовал себя в клетке?

- Чтобы я знала, что ты в безопасности.

- Ты знаешь это, только когда я у тебя на глазах, - он резко повернулся, и в его взгляде полыхнуло раздражение. - Я не твоя вещь, Василиса. Я не трофей. Я человек.

- Я никогда не говорила, что ты трофей, - голос её дрогнул. - Я просто пытаюсь...

- Что? Защитить меня? Слишком поздно, - он ткнул пальцем в перевязанное плечо. - Я уже получил пулю за тебя. Тебе мало?

- Я не просила тебя закрывать меня.

- А ты не должна просить! - крикнул он, и эхо заметалось по холлу. - Ты должна просто не лезть под пули! Но ты лезешь! Ты всегда лезешь!

Она сделала шаг вперёд, но он отшатнулся, как от огня.

- Не подходи, - голос его сел. - Я... мне нужно побыть одному.

И он ушёл.

Тяжёлые шаги по лестнице, хлопок двери, лязг замка. Она стояла в холле, глядя на пустой проём, и в груди разрасталась холодная пустота.

- Проследите, - бросила она подошедшему охраннику. - Что он делает.

- Слушаюсь.

Она поднялась в свой кабинет, но работать не могла. Сидела в кресле, сжимая подлокотники, глядя в одну точку. Мысли путались. Перед глазами стоял он - злой, растрёпанный, с этим упрямым блеском в глазах, когда он кричал на неё. Мальчишка. Мужчина. И то, и другое одновременно, и это сводило с ума.

Через полчаса в дверь постучал начальник охраны - пожилой мужчина с седыми висками, который видел её ещё девочкой.