часть 13

***

Телефонный звонок врезался в ночную тишину, словно осколок разбитого зеркала, отражавшего кошмары его подсознания. Этот звук, резкий и оглушающий, вырвал Сергея Александровича из зыбкой, тревожной дремоты, которая скорее напоминала забытье, болезненную попытку бегства от реальности, чем полноценный отдых. Он сонно моргнул, силясь сфокусировать взгляд на мерцающем экране телефона. Незнакомый номер высвечивался яркими цифрами на фоне темноты комнаты — чужой, незваный гость. Сердце предательски дрогнуло, ухнуло куда-то вниз, в самую бездну отчаяния и предчувствия. Он ещё не нажал кнопку «принять», но уже знал — хорошие новости не приходят в такие поздние часы. В горле пересохло, ладони вспотели, словно предчувствуя ледяное прикосновение неминуемой беды. Он оцепенел, парализованный страхом, словно боялся, что одно неверное движение приблизит неотвратимое. В голове промелькнула мысль: «Только не Кира, то не с ней.» но эта мысль слабая, обречённая на провал попытка отмахнуться от реальности. Он чувствовал, как внутри нарастает паника, ледяной ужас сковывает движения, превращая тело в непослушную статую.

Несколько секунд он просто смотрел на телефон, словно это был какой-то опасный предмет, способный взорваться в любой момент. Он прекрасно понимал, что должен ответить, что от этого звонка может зависеть жизнь его дочери, но страх парализовал волю, не давая сделать шаг навстречу неизвестности. Эта неизвестность пугала гораздо больше, чем любые самые страшные предположения. Ему хотелось навсегда остаться в этом зыбком полудрёме, в этом иллюзорном мире, где ещё существовала надежда. Наконец, собрав остатки мужества, он протянул дрожащую руку и нажал кнопку «принять».

— Сергей Александрович? — голос в трубке звучал официально, ровно, холодно, без малейшего оттенка сочувствия или человечности. Это был голос системы, привыкший к оглашению приговоров, к констатации фактов, лишённых всякой эмоциональной окраски. Казённый тон, от которого по спине пробежал озноб. — Вас беспокоят из отдела полиции.