Мечта №2
Сидя за столом дорогого итальянского ресторана, я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме мыслей о тебе. Я стараюсь делать вид, что поддерживаю беседу, и, кажется, делаю это довольно успешно, потому что дедушка, судя по всему, до сих пор не догадался, что ближайшие полтора часа разговаривает сам с собой. Ни одно его слово не долетает до моего восприятия, на полпути растворяясь в воздухе. Меня разрывает от волнения и гнева. Причиной последнего стала эта самая встреча.
Конечно, я люблю дедушку и уважаю его, ведь он буквально вырастил меня, но его звонок вчерашним вечером просто выбил меня из колеи. Сейчас я должен быть не здесь! Я должен быть рядом с тобой! Рэй, безусловно, хороший и высококвалифицированный врач, но он не знает о твоих триггерах настолько хорошо, чтобы не причинить тебе вреда.
Я же знаю про твою лютую ненависть к больницам, поэтому отпустить тебя одного стало для меня огромным испытанием.
Я не знаю, сколько ещё должно пройти времени, чтобы я перестал это вспоминать. То, как плохо тебе было в больнице этой весной. Как ты просыпался от ночных кошмаров в абсолютно паническом состоянии, как просил меня не подпускать к тебе хирургов со скальпелями и как умолял отвезти тебя обратно в общежитие. На тот момент я не мог выполнить ни одну из твоих просьб, потому что осложнения, которые у тебя начались требовали немедленного обследования, из-за чего Рэю пришлось оставить тебя в больнице на неограниченное время.
Я до сих пор с ужасом вспоминаю, как Рэй осторожно намекнул мне на то, что судя по симптомам, у тебя могла развиться онкология. Я думал, что сойду с ума, если это подтвердится. Поэтому когда выяснилось, что это воспаление, я испытал огромное облегчение.
Я помню, как не мог успокоить тебя и убедить лечь обратно, когда в первую ночь в больнице ты проснулся от кошмара. Ты умолял меня привести Ноя или отправить тебя к нему, но и этого я сделать не мог. Я и сам был рядом с тобой лишь при помощи Рэя. Уж не знаю, что пришлось сделать Паркеру, чтобы Рэй впускал и его, но остальным проход к тебе был категорически запрещен.
Так я впервые узнал, что с тобой произошло: про Ноя, подвал, отчима и больницу. И это повергло меня в шок.
Это стало для меня ударом, который я не смог перенести бесследно.
Я помню, как ты цеплялся за меня, не позволяя отходить от твоей постели. Я никогда не смогу забыть тот страх и ужас, который читался в твоих прекрасных шоколадных глазах.