Глава 1
Глава 1. Осколки
Сеул пах дождем и выхлопами. Наруто прижался лбом к мокрому стеклу автобусной остановки, пытаясь заглушить гул в висках. В кармане куртки жгло — последняя доза, купленная у парня с вокзала. Но сегодня даже это не помогало. Рука дрожала, когда он достал смятую пачку сигарет. В зажигалке кончился газ.
— Эй, — пнул его ботинком патрульный, — проспись или проваливай.
Он поднялся, пошатываясь. Ноги сами понесли в знакомый переулок, где бар «Корё» мигал неоновым экраном. За стойкой девушка с синими волосами, как всегда, протянула стакан воды.
— Опять в дрова? — спросила без осуждения. Она давно перестала.
Наруто швырнул на стойку мокрые купюры.
— Виски. И не разбавляй.
Спирт обжег горло, но внутри оставалась пустота. Как тогда, когда он нашел их машину, смятую, как бумажный стаканчик. Отец еще дышал. Шептал что-то. Наруто не расслышал.
— Эй, очкарик! — чей-то хриплый голос сзади. — Ты мне прошлой недели лицо искровянил.
Он обернулся. Трое. У одного — шрам через бровь. Наруто усмехнулся.
— Не помню.
Удар пришелся в челюсть. Он упал, ударившись затылком о стул. Боль пронзила ярко, почти приятно. Вскочил, схватил бутылку. Стекло разбилось о череп того парня. Крики. Кто-то дернул его за куртку — хозяйка, указывая на заднюю дверь.
— Больше не приходи!
Дождь хлестал сильнее. Куртка промокла насквозь, но он не чувствовал холода. Ноги привели к дому. Тому самому. Окна темные. Калитка скрипела, как в детстве, но теперь некому было крикнуть: «Опять до утра?»
Он пнул мусорный бак, упал на колени в лужу. В кармане блеснуло лезвие — то самое, что он подобрал на мосту неделю назад. Рукава закатаны. Шрамы старые и новые переплелись, как паутина. Лезвие впилось в кожу.
— Сука... — прошипел сквозь зубы, давя глубже.
Кровь смешалась с дождем, потекла ручьем по пальцам. Он ждал, что станет легче. Как тогда, в первый раз. Но было только холодно. Где-то вдали завыла сирена. Наруто прислонился к стене, глядя, как алая лужа растет под ногами.
— Может, хватит? — сказал бы отец.
Он засмеялся. Хрипло, надсадно. Потом зарыдал.
**...**
Утром его найдет старуха с тележкой — закричит, перекрестится. Но пока есть только тьма, дождь и тихий шепот лезвия, повторяющего: «Еще. Еще. Еще».