Анонимно

Улыбка клоуна, невидимую маску

Губной помадой нарисует на лице,

Спит Готэм, уже близится развязка

Смешались тени в этом подлеце.

Полна сюрпризами крапленая колода

Но все, что вытащишь, опять тебе не в масть,

Ютятся страхи под покровом небосвода,

А запах смерти пробуждает его страсть

На крышах Готема один в печали Джокер

Противники повержены давно

Сегодня он с судьбой играет в покер

Хоть победить ему не суждено.

Проничев Иван

***

Охранник стоял как скала. Захочешь — да не подвинешь. «А чо ты такой серьёзный?» Коронная фраза психопата невольно пролетела в голове и тут же растворилась в естественном страхе.

Руби некоторое время стояла рядом с Райли, охранником, будто тоже верный пёс на службе Аркхема, не решаясь ни сесть, ни отойти в сторону. Всё-таки боязно. Всё равно что стоять в клетке с тигром, пусть даже под присмотром дрессировщика. Толку-то от укротителя, если ему потом потенциально тоже перепадёт от так называемого тигра?

— Садитесь, чувствуйте себя как до-ома, ле-еди. Эхехе...

Весьма иронично. Говорят, Джокер не признавал даже такое простое понятие как «дом». Кому дом, а кому клетка. Руби неуверенно поправила рыжее каре и покосилась на охранника. Вот ведь выдержка! Железобетонная! Руби бы такие нервы! Или стальные яйца... А то ведь даже наручники на запястьях клоуна не внушали доверия: её уже предупредили, что Джокер даже скованный очень опасный фрукт. Так что ему наручники - что бешеной собаке команда «сидеть!»

Но Руби переселила себя и села на стул, напротив прикованного клоуна. Между ней и паяцем стоял железный стол, который, на минуточку, нельзя было назвать неприступной крепостью. В общем, ни разу не оплот безопасности, но крохотный надежда всё-таки оставалась. Ох, мамочки...

Кашлянув в кулачок, Руби представилась:

— Здравствуйте, меня зовут Руби Даймонд. Мистер... Эм, как я могу к вам обращаться?

Клоун расплылся в кроваво-красной довольной улыбке.

— Для вас я мистер Джей, Руби Да-аймонд.

Он причмокнув, и Руби поёрзала на стуле. По загривку пробежал табун ледяных мурашек.

— Гм. Хорошо... Итак... — она никак не могла совладать с нервозностью. - Я представляю центр помощи пациентам «Путь добра», и мне бы хотелось, чтобы вы заполнили небольшую анкету. Буквально пару вопросов о том, удовлетворены ли вы стационарной помощью. И... Анкета анонимная.

— Как жаль, — Джокер разочарованно вздохнул. Он явно не привык скрывать деяния: гулять так гулять, и пусть все об этом знают. — Я-то уж было подумал, что будет ве-есело. Ну-у, или хотя бы просто нескучно.

Он пошарил глазами по столу, затем поскрёб по нему пальцем и перевёл взгляд с листа бумаги перед Руби на её озадаченное лицо. Он устало вздохнул и чуть наклонил голову вперёд, рассматривая теперь Руби исподлобья.

— Эм... Я ПРАВДА не хочу вас напряга-ать и всё такое, но... я не НАСТОЛЬКО гениален, — он тряхнул головой, — и не умею писать пальцем. Разве что если только обмакну его в чью-нибудь све-ежую кровь. Н-но! Никакой крови я... хм... вот незадача... не вижу, так что-о...

Он протянул руку, насколько позволяли наручники и цепочка, крепящая их к столу, но Руби только посмотрела на протянутую к ней ладонь и по-птичьи наклонила голову, соображая, что же делать.

— Дело в том, мистер Джей... что я не могу дать вам ни ручку, ни карандаш. Ни даже фломастер, хотя у меня его нет с собой.

Лицо Джокера вытянулось от удивления.

— Я... — он облизнулся и качнулся на стуле. — Действительно ПОНИМАЮ вас и ваши опасения, но-о анкетирование же анони-имное.

Руби медленно кивнула, не сводя глаз со всё ещё протянутой к ней руки, будто та вот-вот могла стать коброй, а Руби, вот незадача, ни разу не заклинатель змей.

— Конечно! Всё анонимно! На анкете не будет вашего... э-э... имени, как я уже сказала. Да...

Клоун фыркнул.

— Ну разумеется! Это же АНОНИМНО!

Она боязливо достала из сумочки ручку, щёлкнула ею и осторожно перевела взгляд на лист бумаги перед собой.

— Начнём, пожалуй... Довольны ли вы организацией лечебного питания?

Джокер нахмурился и поднял глаза к потолку. Хмыкнул. Пожевал нижнюю губу. И хмыкнул ещё раз.

— Хороший вопрос. Мне сегодня не дали яблоко, хотя я видел, что другим их раздава-али. Так что... Нет, я не до-во-лен лечебным питанием. Где моё яблоко?

Он выглядел максимально серьёзным и от этого ещё более гротескным.

Это так по-человечески переживать из-за яблока и в то же время нереально! Джокер на самом деле переживает из-за яблока? Серьёзно? Он что, правда человек? Руби потёрла лоб и сделала заметку в строке, затем перешла к следующему вопросу, но это далось ей нелегко. Боги, она общается с... человеком, который всем психопатам психопат, и он ведёт себя почти нормально, почти как типичный горожанин.

— Хорошо... Я передам в столовую, чтобы вам его принесли, - она покосилась на клоуна. - Дальше... Ваши предложения по улучшению питания.

Клоун снова поскрёб стол, после цокнул языком и, расслабившись, чуть подался вперёд.

— Я бы не отказался от десерта на завтрак и-и-и ещё от конфет, — он всплеснул руками, и наручники тут же отозвались лязгом. — Что? Все любят конфеты! Они, знаете ли, помога-ают выработке дополнительного сератонина, а это прямая связь с, эхехе, лечебным питанием. Плюс конфеты куда приятнее горстки колёс, которые, замечу, помогают только росту эго враче-ей, а не пациентам.

— А... Какие конфеты вы любите? — растерянно спросила Руби. Всё-таки человечность Джокера выбивала её из колеи.

— Шоколадные. Я не люблю карамель. Запишите. Запишите! Никакой карамели! Налогоплательщики не для этого платят налоги, не за какую-то карамель!

Он потыкал пальцем в сторону листа, и Руби, ойкнув, так и записала: никакой карамели.

— О! И было бы здорово получать, наприме-ер, йогурт.

Йогурт. Мать. Вашу. Не младенца на обед, не новый наточенный нож, а йогурт!

А Джокер сидел сама невинность.

Ладно. Хорошо. Руби подписала рядом с конфетами: «Хочет йогурт».

Джокер внимательно следил за рождающимися буквами в строчке и, когда Руби дописала слово, удовлетворённо хмыкнул.

— Так... — она вздохнула. — Приходилось ли вам ожидать текущей госпитализации в клинику?

Вот уж вопрос так вопрос! Никто по собственному желанию не ляжет в эту клинику, тут даже на кофейной гуще гадать не надо. Кто ж по доброй воле сдастся в Аркхем? Никто в здравом уме не пойдёт к терапевту или психиатру и не попросит направление в Аркхем. Но Джокер и тут выкрутился.

— Конечно, - он недовольно постучал пальцами по столу. — Бюрокра-атия, все дела. Городу надо бы нажать на Бэтмена, а то он стал медлительнее. Даже СЛИШКОМ. Из-за него я порой пропускаю отпуск, хотя нахожусь на гра-ани.

Он как будто верил своим словам. Или искусно притворялся, что верит.

— Мне ведь тоже нужен отдых. Да! А вы как думали? — он обиженно посмотрел на Руби. — Я, хм, то-оже имею право на законный отпуск. Ну там... отоспаться, проверить здоровье и при необходимости поправить его. Но Бэтмен! Мышь слишком до-олго ловит меня! Может, он, хм-м, стареет? Хе-хе, неплохо бы и ему посетить курорт. Ему бы понра-авилось тут. Соседи хор-рошие.

Джокер обвёл взглядом, вмиг ставшим довольным, палату и облизнулся.

Руби тоже зачем-то оглядела палату, будто тут и правда было на что смотреть. Её глаза остановились на лице Джокера.

— Вы не считаете себя пациентом?

По правилам она не должна задавать такие вопросы, потому что неважно, что там варил в своей голове клоун; главное, что он нездоров. Ментально. По всем пунктам.

— Я здесь вообще-то отдыхаю, — он оттянул ворот оранжевой футболки и покивал.

Руби не стала делать никаких заметок по этому поводу, в конце концов, пусть этим занимаются врачи.

Она задумчиво поводила непишущим концом ручки по листу бумаги. Как всё... удивительно. И нормально. Гротескно адекватно.

— Ещё вопросы?

Руби вопросительно посмотрела на клоуна, проморгалась и спохватилась.

— Ой! Да... Вот ещё один. Встречались ли вы с неприкрытым хамством? Были ли случаи, когда персонал оставлял ваши жалобы на здоровье или на быт без внимания?

Джокер снова оттянул ворот рубашки и скуксился. Облизнувшись и причмокнув, он поднял глаза к потолку и несколько раз прошёлся языком по внутренней стороне щёк.

— Ну-у... Эм... Мне бы хотелось, чтобы меня поменьше избива-али. И было бы неплохо, чтобы меня не будили слишком рано. Я, знаете ли, не жа-аворонок.

— Вас бьют?!

У Руби глаза на лоб вылезли.

А Джокер развёл было руками, но наручники дзынькнули и сковали движения.

— Ну, это типа входит в комплексную терапию, но-о, должен признаться, терапевтического эффекта я НЕ ОЩУЩАЮ.

Руби аж икнула.

Джокер с игривой насмешкой наблюдал за ней, весь такой расслабленный, довольный собой, а Руби чувствовала, что у неё лица нет. Клоун блефовал, как пить дать, но именно из-за этого от него и веяло охренеть какой опасностью. Наверное, если бы он и правда захотел что-нибудь вытворить, его не остановили бы ни наручники, ни цепочка, ни охранник. Последний просто бы не успел среагировать.

Руби шумно выдохнула.

— Я... напишу в организацию по правам человека, что с вами... э-э... неподобающе обращаются...

Клоун растянул губы, показывая жёлтые зубы.

— Это так ми-ило с вашей стороны, Руби Даймонд!

Она кивнула и отвела глаза обратно на лист бумаги.

Не очень вовремя вспомнилось, что у неё в сумочке лежала пачка Мальборо, а в боковом кармашке — несколько конфет с вишнёвой начинкой. Остро захотелось закурить и разжевать конфету. Руби кое-как подавила желание потянуться к сумочке. Вместо сигаретного дыма она выдохнула воздух из лёгких, а вместо конфеты проглотила ком в горле.

С человеком напротив явно что-то не так. Он умело изображал человечность, играл на чувствах и вёл себя ПОЧТИ нормально.

— Есть ли у вас дополнительные пожелания... э-э... мистер Джей? — получилось скомканно.

Джокер откинулся на спинку стула и игриво подмигнул Руби.

— Приходите ещё, я более дета-ально обдумаю ваш вопрос и буду готов ответить на него в следующий раз.

Руби чуть не подскочила на месте.

— Не думаю, что я ещё приду к вам, в этом нет необходимости...

Джокер пожал плечами.

— Думаю, хе-хе, такая необходимость может появиться в ЛЮБОЙ момент. Вдруг мне не принесут моё яблоко, наприме-ер. Вы же проконтролируете исполнение всех пунктов, на которые я ответил АНОНИМНО?

Теперь пришла очередь Руби оттягивать ворот блузки. Она кивнула и поспешила подняться со стула: до самой двери она ощущала на спине проживающий колючий взгляд клоуна. Чёрта с два она сюда вернётся! Только через её труп! Хотя нет... Это уже лишнее, лучше обойтись без трупов.