Глава 231.

Это было сразу после часа тигра, прямо перед рассветом. Эта ночь была самой темной в Фэнду.

Мир, разрушенный злыми духами, был опустошен. Повсюду раздавался скорбный плач и треск пламени. Фестиваль Голодных Духов с рассветом закончится. Но долгая ночь, пришедшая в мир людей, только началась.

Сюй Чжи Наня они нашли на кровавом поле битвы.

Се Би Ань не знал, что произошло после того, как он раскрыл истинное лицо Сюй Чжи Наня. У этого человека было тело главы секты Цанъюй и душа главы секты Чуньян. Как это восприняли эти секты? Как на это отреагировали секты, перешедшие на сторону секты Цанъюй? Теперь мораль и добродетель, о которой они говорили, превратилась в прах. Теперь, когда мир совершенствования в смятении, вполне понятно, что они инстинктивно должны были выбрать сторону сильнейшего.

Се Би Ань огляделся. Поле боя было усеяно убитыми и ранеными. Сюй Чжи Нань тоже был в плачевном состоянии - его серое одеяние было залито кровью. Снежная сова, призванная с помощью Снежного Нефрита, защищала его, как последний верный страж.

Рядом с Хуа Сянжун собралась большая группа членов секты Цанъюй. На стороне «Ци Мэн Шэн» было намного меньше приверженцев.

От секты Улян в живых осталось всего несколько человек. Единственный, кто поддерживал и все еще защищал умирающего Ли Бу Юя, был Сун Чунь Гуй.

Лань Чуй Ханя нигде не было видно.

При появлении Фань У Шэ все затаили дыхание.

Фань У Шэ осторожно положил Се Би Аня под дерево. Се Би Ань повернул голову, пытаясь найти Лань Чуй Ханя. Того нигде не было. В глазах Се Би Аня вспыхнула тревога.

- Не ищи его. Цзян Цуй Лянь забрал его в Подземный мир, - холодно пояснил Фань У Шэ.

Се Би Ань замер:

- Что ты сказал? Его... забрали в Подземный мир? Он жив?

Фань У Шэ холодно фыркнул и не ответил.

- Он жив? - Се Би Ань повысил голос, что тут же вызвало дрожь и боль в груди.

- Он мертв, - раздраженно бросил Фань У Шэ.

- ...Я не верю.

Фань У Шэ перестал обращать на него внимание и перевел взгляд на Сюй Чжи Наня, достал ледяной гроб с Чэн Янь Чжи:

- Отдай мне Золотую Шкатулку с Нефритовой табличкой.

Сюй Чжи Нань с жадностью уставился на крошечный ледяной гроб и медленно вытер кровь, сочащуюся из уголка рта:

- Сначала отдай его мне.

- Хорошо, - Фань У Шэ двинулся к Сюй Чжи Наню.

- Подожди! – при виде ауры смерти, вившейся вокруг Фань У Шэ, сердце Сюй Чжи Наня сжалось от страха, мышцы неожиданно свело судорогой. - Ваша Светлость, вы действительно собирается дать мне это?

- Ты же сам хотел поменяться.

- Да, хотел. Но Ваша Светлость теперь владеет Небесным Талисманом, вы вернулись к пику своей силы, как в прошлой жизни. Я серьезно ранен, вам не составит большого труда забрать у меня нужную вам вещь.

Фань У Шэ прищурился:

- Что ты хочешь сказать?

- Я хочу сказать, что я постарел, но не поглупел, - Сюй Чжи Нань потряс Нефритовой Табличкой. - Ваша Светлость, не провоцируйте меня. Я могу удалить всё, что связано с жизнью императора.

- Похоже, ты действительно устал жить, - гневно воскликнул Фань У, в его глазах начала закипать жажда убийства.

Сюй Чжи Нань раскрыл Нефритовую Табличку и худыми, высохшими, словно ветки, пальцами стал листать страницы, на одной задержался:

- Я могу в одно мгновение превратить эту тонкую страницу в пыль. Ваша Светлость, подумайте, прежде чем действовать.

- Ты смеешь мне угрожать?

- Сначала отдайте мне гроб! - глаза Сюй Чжи Наня налились кровью, тело задрожало.

- Ты не можешь отдать ему Чэн Янь Чжи... - Се Би Ань с трудом поднялся.

Фань У Шэ скривил в улыбке губы, взмахнул рукой и бросил Сюй Чжи Наню ледяной гроб.

Сюй Чжи Нань судорожно замахал руками, пытаясь поймать его. Ледяной гроб летел и с каждым мгновением увеличивался в размерах, становясь все больше и больше. Долетев до Сюй Чжи Наня, он уже достиг своих первоначальных размеров и с огромной силой обрушился на ловца.

Сюй Чжи Нань вскинул руку и высвободил духовную силу. Ледяной гроб застыл в воздухе, ледяная корка начала быстро таять.

Фань У Шэ стрелой метнулся в сторону Сюй Чжи Наня.

Снежная сова заухала и захлопала крыльями, бросившись наперерез Фань У Шэ. Фань У Шэ мечом оттолкнул ее, проскользнул под ее крыльями и атаковал Сюй Чжи Наня.

К этому моменту ледяной гроб уже почти наполовину растаял. Сюй Чжи Нань взмахом рукавов отправил ледяной гроб себе за спину и взмыл в небо, уклоняясь от меча Фань У Шэ.

- Отдай мне Нефритовую Табличку! - прорычал Фань У Шэ.

- Дай мне слово, что не тронешь меня, иначе...

- Собираешься торговаться со мной? Будь счастлив, если я оставлю в сохранности твой труп!

Фань У Шэ не мог отпустить того, кто обидел его старшего брата.

Сюй Чжи Нань, загнанный в угол, развернул Нефритовую Табличку и с треском оторвал листок.

Глаза Фань У Шэ налились кровью:

- Как ты смеешь!

Сюй Чжи Нань издевательски оскалился. Его духовная сила объяла оторванный лист, и тот стал планировать на землю. Лист засиял золотом, озарив темное небо, словно прорубил в небесах путь к иному времени и пространству. Слова и образы из иной жизни хлынули дождем, позволив всем присутствующим увидеть фрагменты воспоминаний Цзун Цзы Хэна.

Се Би Ань смотрел, как его воспоминания парят в воздухе на виду у всех, его словно молнией поразило, он не мог ни двинуться, ни слова сказать.

Все замерли. Воцарилась удушающая тишина.

В один миг перед глазами присутствующих прокрутилась вся его жизнь.

Его первый крик, первое произнесенное им слово «мама», первые тренировки с мечом в возрасте трех лет и уже вполне мастерский танец с деревянным мечом в пять. Он был добрым, почтительным и разумным. Он не мог рассчитывать, что отец придет навестить его, он полностью зависел от своей матери, но все равно оставался невинным и счастливым.

По мере взросления его исключительный талант постепенно все ярче раскрывался. Старейшины хвалили его. Дядя принял его в ученики. Он усердно каждый день практиковался. В свободное время выращивал цветы, лакомился вкусной едой и изысканным вином. В двенадцать лет он впервые отправился в одиночное путешествие и был очарован миром.

У него было много братьев и сестер, но больше всего он любил своего девятого брата. Возможно, потому что их матери были близки, а может, просто из-за необъяснимой привязанности. Он тренировал своего девятого брата, заботился о нем и был с ним почти неразлучен.

Когда его девятый брат подрос, он вывел его из дворца, они попали в засаду и чуть не погибли.

Это был переломный момент в его жизни.

С этого момента начались события, о которых кто-то читал в исторических книгах, кто-то слышал из циркулирующих по миру сплетен, события, которые были скрыты под толщей лжи и недопонимания. Правда полностью перевернула представление присутствующих о произошедшем сто лет назад. Ненависть ослепила людей, вынудив их неверно всё истолковывать. Неверно понятые события исказили общую картину, суть вещей была утеряна. Как говорится, «маленький лист загородил вид на гору Тайшань».

Правда оказалась гораздо абсурднее, извращеннее и более жестокой, чем они знали или думали, что знают.

Преследования, предательство, обман, непонимание, принуждение, боль, смерть. Они наблюдали, как Цзун Цзы Хэн пережил самые грязные, самые мерзкие и невыносимые бедствия в мире. Увидели, как он пытался всех защитить, как заботился о всех, но в итоге все отвернулись от него. Увидели, как он боролся в море судьбы, как, в конце концов, выбился из сил, был утянут безжалостным водоворотом в пучину, и, наконец, покончил со всем, убив себя.

Все с ужасом смотрели, как из-за своего золотого ядра он так и не смог ощутить настоящую любовь, его предали все - родители, друзья, родственники. Все хотели выпотрошить его – и те, кто откровенно заявлял об этом, и те, кто притворялся добреньким, и его девятый брат, который твердил, что не может без него жить.

Они стали свидетелями намеренного уничтожения этого человека, длившегося почти тридцать лет.

Никто не был готов к такой ​​истории. Этот человек был не тем императором Кун Хуа, которого знал мир.

Измученный Се Би Ань прислонился к стволу дерева, его глаза были пусты, словно из него вынули душу. Все, что он пережил в прошлой жизни, было выставлено напоказ. Он чувствовал себя так, будто с него сорвали не только одежду, но и кожу. Стыд и боль накрыли его волной.

Целая жизнь, записанная на нефритовой табличке, пролетела в мгновение ока перед глазами присутствующих. Последний фрагмент воспоминаний вспыхнул и исчез. Все молчали, не в силах осмыслить увиденное.

Кроме Се Би Аня, был еще один человек, которого словно разрезали на куски.

Фань У Шэ стоял словно каменная статуя, его зрачки были темными как две бездонные дыры. Ни проблеска света, ни тени эмоций.

Что он только что видел? Что он видел???

То, что он знал, во что верил, чем был одержим, что ненавидел, сто лет боли и страданий разбитого сердца – нефритовая табличка ясно показала, что у «преступлений» Цзун Цзы Хэна была и другая сторона. Промелькнувшие воспоминания Цзун Цзы Хэна превратились в острые лезвия, пронзившие его сердце.

Невозможно, невозможно, невозможно.

Этот человек предал его ради трона и стал причиной смерти его матери. Он десять лет скитался, претерпевая всевозможные муки. Он сто лет провел в аду, познал невообразимые мучения и боль любовной тоски. И все потому, что этот человек предал его!

Его обида оправдана. Его месть оправдана. Все, что он сделал этому человеку, было заслуженно.

Разве не так?

Почему в нефритовой табличке всё не так?

Его сердце болит так, словно вот-вот разорвется...