Bass drop

Я начал проталкиваться к выходу, чтобы выяснить, что там происходит. И совершенно внезапно осознал, что никуда мне не нужно. Я - Серый фрилансер на службе у Нярисов, прекрасной химической компании, которая любит своих сотрудников, и я, естественно, готов отправиться в любое место, куда укажут.

Будь я помоложе и понеопытней, я бы не понял, но я умел держаться за реальность когтями - без этого в гетто Штабного острова, или Дедине, как называла его мать, выжить было нельзя, даже если ты наполовину Серый по наследству.

Но эффект был мощным и определенно новым. Я начал искать дилера, и, когда нашел его, он сразу молча достал еще одну смейгу.

- Теперь торговаться не буду, бери или вали. Называется Дар Милы, или милодар, новое вещество, специально для молодняка сделали, ты не староват для такого? Хотя вам, Серым, все едино, у вас же мозги не как у людей.

- Дай две.

Я расплатился и положил их в сумку.

С трудом овладев собой, я подошел к человеку, стоящему у выхода, и убедил его, что дело у меня именно здесь, и оно очень срочное. Конечно, я использовал убедительные слова типа "межкоммуникационный" и "стабилизация последствий", этого добра у меня всегда было навалом и бесплатно. Ну и мой типичный вид Серого его тоже убедил.

Он приоткрыл калитку и выпустил меня на берег.

Дилер стоял у борта и издевательски мне махал. Я, демонстративно его не замечая, достал вторую смейгу, и после хотел было бросить упаковку в воду, но не тут-то было.

Это было не просто противоестественно, это было хуже, чем навалить кучу на Фрушкой горе, хуже, чем прийти без штанов в детский сад. Я просто не мог. Свернув, я засунул пустой пакетик обратно в сумку. Дилер громко заржал и показал большой палец вверх.

Мне жаль было покидать доброе и милое сообщество, которое так охотно раскрыло мне свои объятия, но я убедил себя, что делаю важное дело для всех Серых.

Никаких "всех Серых" никогда и не бывало и даже в теории быть не могло, но в тот момент я так не думал.

Мне надо было идти в довольно крутую гору - остров с противоположной стороны был более пологим - и, выйдя за пределы стройки, я оказался в богатой части города.

Маленькие дома, этажей по сорок-шестьдесят, даже деревья - старые, допотопные, с необычными листьями, источали странный, но приятный запах. На Штабном у нас деревьев не было, и даже деревянную мебель я видел один раз.

Как рассказывала мать, там был очень престижный район жилья самой Влады того времени, отец же, когда слышал такие рассказы, добавлял, что вот именно поэтому у нас там такая дыра.