ГЛАВА:27
Как описать дни без солнца и свежего воздуха? Одним словом - уныние. А если при этом ты в полной социальной изоляции из-за презрения окружающих? Двумя словами - ничего хорошего.
Прошло пять дней с тех пор, как я попала в пещеры. Никаких дел у меня не было, в отличии от Деймона, который пропадал на совещаниях и тайных вылазках. Мне оставалось только волноваться за него и
урывать редкие моменты нашего уединения.
А я жила затворницей, и даже Боррина почти не видела, так как он усиленно тренировался. Несколько раз я попыталась предложить свою помощь местным обитателям, но они "вежливо" отказались.
Здесь вообще все были дотошно
"вежливыми" и "любезными" по отношению ко мне. И ведь не прикопаешься, потому что в открытую никто не грубил, но неприязнь чувствовалась. Она проскальзывала в интонациях, взглядах, высказываниях с двойным смыслом и говорящих гримасах.
Довольно скоро я поняла, что снова превратилась в робкую и забитую мышку, которая с покрностью принимает тычки и терпит унижения. Но уроки Деймона не прошли зря, поэтому очень быстро собралась с духом и стала изображать гордую невозмутимость. Не хотят принимать меня? Их пробемы.
***
Нога благодаря чудо-препаратам уже не болела, и я попросилась в местный спортивный зал.
- Хочешь накачать попу, сира? - саркастично протянул Миррин, мельком глянув на меня с высоты своего огромного роста.
- А если и так, то что? - в тон ему ответила я, хотя пререкаться именно с этим экайцем хотелось в последнюю очередь.
Его пренебрежение меня ничуть не задевало, потому что не имело лично ко мне никакого отношения - этот верзила со всеми был неприветлив и груб. В какой-то мере я его даже понимала, а недавно заметила, что мне он не говорит откровенных гадостей, как другим, скорей подшучивает в собственном изощренном стиле.
Вот и сейчас он ворчал, но в зал проводил. И даже показал, как пользоваться тренажерами. Меня хватило минут на сорок умеренной тренировки, после чего я, запыхавшаяся, поплелась мыться.
- Слабачка, - усмехнулся Миррин, когда мы столкнулись в коридоре.
- Это ненадолго, - преисполненная достоинства парировала я.