Глава 17. Запах чужих духов

Элизабет

Четверг. Утро началось как обычно: лифт, Доминик, молчание. Но сегодня в лифте было не только это.

Мы зашли в кабину, и я сразу почувствовала этот запах. Приторный, сладкий, до тошноты знакомый. Духи Джулии.

Я замерла. Вдохнула поглубже, пытаясь не морщиться. Откуда он? На его одежде? На коже? Они что, были так близки?

— Доброе, — буркнул он, не глядя на меня.

— Ага, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Фу. Какая гадость. Как можно пользоваться такими духами? От них же голова болит. И зачем он вообще с ней? Она же ужасная. Хотя мне-то какое дело? Пусть делает что хочет. Абсолютно плевать.

— Ой, детки! — раздался знакомый голос. На втором этаже в лифт впорхнула миссис Глория Холл со своей неизменной авоськой. — Каждое утро вместе! Это так мило!

— Доброе утро, миссис Холл, — выдавила я улыбку.

— Доброе, — буркнул Доминик.

— А вы всё ссоритесь? — она переводила взгляд с меня на него. — А мне кажется, вы отлично смотритесь вместе! Вот мой покойный муж, царствие ему небесное, тоже со мной сначала ссорился, а потом мы сорок лет душа в душу прожили.

— Мы не ссоримся, — сказали мы хором.

— Ой, синхрон! — она засмеялась. — Ну точно будет толк!

Лифт остановился. Я вылетела первой, на ходу думая: «Сорок лет? Мы и дня не проживём без попытки прибить друг друга».

---

После пары по сценической речи мы с Лили вышли в коридор. Я рассказывала ей про этюд, про то, как сложно репетировать с Домиником, как он бесит меня каждым своим взглядом. Мисс Дэвис сегодня заставляла нас читать монологи с такой страстью, будто мы играли на Бродвее. У меня даже голос сел.

— Бетт, — вдруг сказала Лили и замерла. — Смотри.

Я подняла глаза.

В конце коридора стояли Доминик и Джулия. Она вешалась на него, как кошка на хозяина — тёрлась, заглядывала в глаза, что-то шептала. Он стоял ровно, почти не двигаясь, но и не отстранялся.

Я смотрела на них и чувствовала, как внутри закипает что-то неприятное. Не ревность. Нет. Просто... отвращение. Да, отвращение к тому, как она себя ведёт. И к тому, что он позволяет.

— Какая же она... — начала Лили.

— Ужасная, — закончила я.

Джулия вдруг подняла глаза и посмотрела прямо на меня. На её губах заиграла победная улыбка. Медленная, довольная, как у кошки, которая поймала мышь.

Я не отвела взгляд. Смотрела на неё в упор, показывая, что мне плевать.

Доминик тоже посмотрел в мою сторону. На секунду наши глаза встретились. В его взгляде было что-то странное. Неловкость? Вина? Я не поняла.

— Пошли, — сказала я Лили и отвернулась.

— Ты как? — спросила она.