Может я одна?

Лишь одна только мысль о любви заставила Машу взлететь с постели, глаза её сверкали и руки тряслись, ей никогда прежде не удавалось любить кого-то настолько сильно. -Может, может мне пойти прямо сейчас, без чувства эгоистичности и наглости постучать ему в дверь и не дождавшись ответа непременно зайти..? 

-Не, вовсе нет, я опять буду выглядеть как полная дура, с отсутствием воспитания..

Мысли Маши буквально её сжигали изнутри и лишь только пепел успевал вылетать в открытую форточку и нестись по ветру любви. Но чего же там, остановимся на мыслях, она очень, очень боялась любви,но иногда ей было интересно испытать это чувство, ведь согласитесь же, первая любовь она сильнее всех и не сравнится с другими.

Она тревожно ходила по комнате пытаясь сосредоточиться на других вещах, но все её попытки были тщетны. Вот и Елизавета, точнее проще говоря, Лиза проснулась. Время подходило к одиннадцати утра, сегодня выходной так ещё и суббота, время, когда нужно писать свое первое письмо матери. Выйдя из комнаты Маша нелепо столкнулась с Александром, он как раз жил напротив тридцать шестой комнаты. Глаза её в миг начали сверкать словно только загоревшиеся свеча в кромешной тьме, вся она сильно побледнела, со стороны это было хорошо видно.

-Добрый день, Мария. С вами всё хорошо вы слегка бледна? -конечно ему приходилось соврать чтобы не смутить милую даму, которая в его глазах всегда казалась самой прекрасной и красивой на свете.

У Маши на лице в секунду переменился румянец, с рук стала сходить ледяная лавина будто с большой снежной горы.

-Приветствую, Алексей -сама она уже не понимала что происходит и где находится, ей казалось, что всё происходящее во сне и этого позора не будет проснувшись, она даже попробовала себя ущипнуть, но из произошедшего была только противная резкая боль.

-А вас не лихорадка случаем? 

-Да что вы милый мой.. разумеется нет! -что? я сказала милый мой или мне послышалось, а может и вправду у меня лихорадка? я несу какой-то бред, я опять выгляжу как лихая дама сбежавшая из тюрьмы, тюрьмы? Нет, я перегнула, я не настолько ужасна -думала Маша.

-Вы меня извините, мне нужно идти, определенно жаль, что снова мы не смогли нормально побеседовать, хорошего дня! -сказал Алексей и тут же рванул на лестницу к первому этажу, кажется он всё же испытывал какое-то волнение или же стыд, готовясь провалиться сквозь землю.

-И куда это он так рванул? Точно! Мне нужно написать письмо маме, как она там.. - сказала Мария чуть про себя

Она зашла в комнату, встретила Лизу на пороге, та спешила на встречу с родителями которые жили в Петербурге и дали слово, что будут навещать каждые выходные. Маша села за стол, достала перо и бумагу с сумки и принялась усердно писать, чуть задумавшись и сосредоточившись. Она рассказывала о том, как познакомилась с Елизаветой, и неуклюже врезалась в Александра. Но она не решилась писать о своих чувствах к нему, скорее, боялась осуждения со стороны матери. 

-Вот и письмо готово, осталось сложить в конверт! -Она с нетерпением уже ждала ответа на него, ещё не отправив его. 

Вдруг, стук в дверь, Маша от испуга подскочила со стула и даже немного была в ярости на человека стоявшего на той стороне двери, открыв её она была очень удивлена и даже сказать, испугана, ведь за той дверью стоял директор. Лицо у него было пустое, и взгляд тоже, устремившийся в глаза Маши.

- Здравствуйте, что-то случилось?.. -она была очень испугана 

-Здравствуйте, Мария, давайте вы лучше.. садитесь за стул -голос у него был дрожащий и грустный, это не было похоже на такого жизнерадостного директора.

-Хорошо, я присяду и вы тоже, пожалуйста - Маша села и  с любезностью указала на второй стул напротив её.

-Расскажите уже -ей было нетерпимо интересно что же за новость такая от самого директора, у которого к большому сожалению на лице не лучший вид.

-Машенька, послушай..

Машенька? Это он сейчас меня так назвал или у меня точно лихорадка..нужно врачу сообщить о приходе ко мне - тут её мысль оборвалась, утомительно и рассудительно замолвил директор

-Мне пришло письмо из Петербурга от маминого врача -замысловатую речь волнением перебила маша

-От врача? От какого такого врача? Что с моей мамой? Она в порядке? -от Марии посыпались вопросы, о которых она говорила не думая, она уже не обращала на окружение и внимательно была включена в разговор, ей было страшно, страшно настолько что заметно начали трястись руки и понемногу наливаться синими цветом, так и кажется что они подверглись переохлаждению

-Маша, успокойся и слушай меня внимательно, мне очень жаль правда, но твоей мамы больше нет.

Её сердце будто бы остановилось после этой фразы, ей в миг не хотелось больше жить, больше слышать и видеть, она была очень яростна на себя, на врача, на жизнь. Синий цвет с рук начал переходить на лицо, с виду она казалась мертвецом у которого пустой взгляд. Она посмотрела  на лежащие письмо на столе и забыв о директоре положила перо на стол и прилюдно заплакала. Каждая слеза казалась очень тяжёлой, очень медленной. Казалось, будто бы течет её каждая частица души которая таит шаг за шагом словно айсберг. Она никогда так не плакала, это было бесшумно но так больно внутри, было чувство что её сердце сжимают всё сильнее и сильнее и скоро оно в миг разорвется на части, этого хотелось больше всего. Хотелось рассыпаться на осколки и на ветру улететь в Москву, к живой маме и там собраться снова, в добрую милую даму. Хотелось закричать душераздирающим голосом, словно ей воткнули нож в сердце, хотя, так и было. Не было желания ничего делать, ни о чем думать, ничего говорить, просто сидеть в тишине до конца жизни не сказав ни слова.