7. Стены и чувства.

Инес.

Прошло пять дней с тех пор, как я в последний раз видела Дилана и Аида.

Пять отвратительно долгих дней.

Я застряла в этом доме без возможности выйти за его пределы и постепенно начинала чувствовать себя загнанной в клетку. Всё повторялось по кругу. Один и тот же коридор. Одни и те же комнаты. Один и тот же сад за окнами.
Старалась занять себя хоть чем-нибудь.

Иногда часами бродила по их владениям, медленно шагая вдоль дорожек и пытаясь убедить себя, что это хотя бы немного напоминает свободу. Иногда, когда отчаяние становилось совсем невыносимым, уходила на кухню и пыталась готовить — чем не занималась ещё с девятого класса, после того как умудрилась сжечь обычные макароны прямо в сковородке.

Чудесно.

Эмили и Гарсиела, с которыми я поддерживала едва ли регулярные разговоры, тоже постоянно пропадали, будучи заняты бесконечными делами по дому. Иногда мне казалось, что они специально избегают долгих бесед со мной. Или, возможно, просто боялись лишнего.

И тогда одиночество ощущалось особенно остро.

Оно приходило тихо, медленно расползаясь внутри, пока не заполняло всё пространство вокруг. Я чувствовала его почти физически — в тишине комнат, в пустых коридорах, в вечерах, которые приходилось проводить наедине с собственными мыслями.

По моей памяти, телефон так и остался где-то на заднем сиденье машины отца. Его упоминание проявляло острую боль в груди, я забывала как дышать. Старалась отвлечься, но гуще затягивалась в эту дыру.

Надеюсь, с ней ещё ничего не сделали. Как и с моим домом.
Интересно, суд вообще станет разбираться со всем этим? Или им проще отдать чужую жизнь вместе с имуществом кому-нибудь за круглую сумму и пару подписей?
Хотя о какой собственности я вообще думаю, когда сама теперь являюсь ею?
Заточенная в четырёх стенах, без права выбора и каких-либо увлечений помимо прогулок и готовки.

Смешно.

Образ Аида, пославшего меня нахуй, не выходил из головы уже который день. Его грубый, тяжёлый голос до сих пор звенел в ушах, отдаваясь неприятной пульсацией где-то внутри.

«Пошла нахуй».

Снова.

А потом ещё.

И ещё раз.

Будто я специально продолжала прокручивать это в голове, врезая в память каждую интонацию, каждую вибрацию его низкого голоса.
Что ещё хуже — меня это почему-то задевало сильнее, чем должно было.
Так же меня не мог не беспокоить Арес. В нашу последнюю встречу он выглядел… неправильно. Будто вовсе не находился в сознании. Хотя, возможно, так и было.

После того вечера я больше его не видела.

Никого из них.

Дом словно вымер.