3. Монтангем.
Рид.
Я был одержим не идеей пробраться к ней в дом, чтобы просто присвоить их имущество. Нет. Всё оказалось куда сложнее, чем я предполагал.
Я начал представлять её рядом с собой, как бы она отреагировала на мое присутствие? Что бы сказала?
Несколько дней назад она появилась – в чёрном облегающем платье, с выпрямленными волосами, которые, казалось, всё равно не поддались её попыткам укротить их. Я наблюдал.
Держалась она хорошо. Слишком хорошо.
Именно поэтому мне захотелось проверить, насколько её хватит.
С тех пор я не видел ни единого нормального сна. Ни одной спокойной мысли – без неё. Она въедалась в сознание, будто яд.
«Ведьма», – подумал я тогда.
Иначе как объяснить, что её невинное лицо всплывает передо мной каждые десять минут, не давая забыть о ней ни на секунду?
И вот теперь, находясь в доме Гефеста – хотя я предпочитаю называть его домом Персефоны, – я проворачиваю ключ в замке.
Тяжёлые двери поддаются неожиданно легко.
Служанки, похоже, давно что-то заподозрили и решили уйти. Дом пуст.
И это играет мне на руку.
Прохожу вдоль коридора, нажимаю на включатель. Яркий, чистый свет лепит глаза изначально, вскоре привыкаю. Брожу некоторое время по нудным комнатам; от кухни до туалетов, пока не натыкаюсь на комнату самой Персефоны, выполненная в бежевых и белых тонах.
Взгляд сразу скользит к кровати, белая простыня, розовые подушки. Морщусь. В нос впиваются слабый аромат духов, смешанный с чем-то девичьим – её запах. Глаза блаженно прикрываются. Безошибочно узнаваемый гранат и свойственное ей.
Вскоре оглядываюсь интенсивнее, стараясь запечатлеть в памяти как возможно больше отрезков этой комнаты. Мое внимание тут же привлекает скрипка, закрытая на ключ в стеклянном стенде.
— Кажется куколка музыкой увлекается, — Бровь приподнимается. Пальцы касаются холодного стекла, где вижу свое отражение мельком.
Шкаф выполненный из прочного дерева на первый взгляд – дуб кажется. Покрашенный в белый под стать самой комнате. Конечно, не будет же шкаф мешать ей эстетическое блаженство здесь. Открываю.
Всё аккуратно сложено, исключая среднюю полку с джинсами. Там полный бардак. Руки тянутся чтобы притронуться, но замечаю что-то куда более интереснее – нижний шкафчик отдельный от всего. Усмехаюсь.