Глава 6. Первые дни

I

В комнате отдыха учителей шел обмен новостями: путешествия за границу, посещения театра, художественных выставок. Из рук в руки передавали фотографии. Замаячила угроза цветных слайдов. Всем энтузиастам хотелось показать свои собственные снимки, но избежать необходимости рассматривать снимки коллег.

Вскоре беседа стала менее личной. Новый спортивный павильон одновременно критиковали и восхищались им. Признавали, что строение красивое, но, естественно, всем хотелось бы улучшить его дизайн тем или иным образом.

Немного поговорили о новых девочках, и в целом вердикт оказался благоприятным.

Состоялась короткая любезная беседа с двумя новыми коллегами. Бывала ли раньше в Англии мадемуазель Бланш? Из какой части Франции она родом? Мадемуазель Бланш отвечала вежливо, но сдержанно.

Мисс Спрингер была более откровенной. Она высказалась решительно и эмоционально. Можно даже сказать, что она прочла лекцию. Тема: превосходные качества мисс Спрингер. Как ее всегда ценили коллеги. Как директора с благодарностью прислушивались к ее советам и перестраивали расписание в соответствии с ними.

Мисс Спрингер не отличалась чувствительностью. Неловкость слушателей осталась ею не замеченной. Пришлось мисс Джонсон мягким тоном задать ей вопрос:

– Все равно, я полагаю, ваши идеи не всегда воспринимались так, как… э… следовало бы.

– Нужно быть готовой к неблагодарности, – ответила мисс Спрингер; ее голос, и так уже громкий, стал еще громче. – Беда в том, что люди так трусливы, они не хотят посмотреть в лицо фактам. И часто предпочитают не видеть того, что происходит у них под носом. Я не такая. Я сразу же улавливаю суть. Я неоднократно выявляла скандальные факты и предавала их огласке. У меня хорошее чутье: если я напала на след, то уже не потеряю его, пока не настигну свою добычу. – Она громко и весело рассмеялась. – По моему мнению, в школе не должен преподавать тот, чья жизнь не является открытой книгой. Если человеку есть что скрывать, это вскоре становится очевидным. О! Вы бы удивились, если б я вам рассказала о том, что мне доводилось узнать о людях. Такие вещи, о которых никто и подумать не мог.

– Вам это нравилось, да? – спросила мадемуазель Бланш.

– Конечно, нет. Я просто выполняла свой долг. Но меня не поддержали. Позорная слабость. Поэтому я уволилась, в знак протеста.

Мисс Спрингер оглядела присутствующих и снова разразилась своим жизнерадостным, спортивным смехом.

– Надеюсь, здесь никто ничего не скрывает, – весело сказала она.