Часть II «Тот, кто освобожден» | Глава 11. В бездну взглянуло отраженье
Часть II«Тот, кто освобожден»
«Освобожденный не сразу научится летать.»
Флодренская мудрость
Глава 11. В бездну взглянуло отраженье
«Будь верен до конца, как ирис, пронзающий землю к свету, и чист сердцем, как фиалка в росе. Но цветок, не завядший вовремя, станет рано или поздно ядом.»
Отрывок из Священного Писания
Топот копыт резал тишину, становясь с каждым разом все громче и громче.
Вороной конь несся сквозь сумрак, вздымая в воздух грязь и жухлую листву. Его копыта били по земле с таким гулом, что его можно было сравнить со звоном церковного колокола.
Хезелклиф замер.
Некогда гоняющиеся друг за другом дети остановились, будто зачарованные. Завидев вдалеке приближающуюся фигуру всадника, они сначала замерли, разглядывая ее, а после разбежались кто-куда подобно крысам, что заметили подступающую к ним тень хищника. Торговцы дрожащими руками судорожно сгребали товары с прилавков, закрывая их деревянными ставнями и изо всех сил стараясь не попасть под взор приближающегося мужчины. Кто-то, не успев спрятаться, склонял голову и покорно стоял, не смея смотреть на прибывшего в городок, находящийся неподалёку от гор.
Но всадник, напротив, не искал чьи-либо взгляды.
Ветер терзал его длинные пряди волос, но ему было безразлично. Также, как и на внешний вид: он не знал, как выглядит в данный момент, не видел себя со стороны, ибо знал — ужас идет впереди него. И в конце концов он должен был настигнуть тех, кто сбежал тогда, в один из спокойных и благостных дней в октябре. Тех, кто сбежал из-под хватки Исполняющих. Тех, кто смог избежать кары, которая должна была случиться в заброшенной капелле. А к тому времени, вслед за страхом, до них следовало добраться и самому всаднику.
Для него страх — это соратник, отнюдь не враг. Именно он может помогать ему исполнять все намеченные цели, управлять людьми. Ведь всадник уже давно не знал, что такое по-настоящему ощущать такое чувство, как страх.
Дома Хезелклифа были сооружены из камня, но стены чуть ли не каждого из них покрывались трещинами: после случившегося землетрясения у Смиренных вершин город пытался оправиться, вернуться к прежней жизни, но это удавалось ему не так-то просто.
На фоне блеклых построек и тусклого неба, жители города казались яркими и пестрыми: их лица казались до боли живыми, налитыми кровью. Но лик прибывшего — уж точно нет. Его можно было сравнить с любым камнем, из которого был построен всякий домишко здесь. И, видимо, именно это отторгало людей.