36

– Да, в курсе.

– Я и сам бы его убил, выпади мне такой шанс. Но это был не я.

– Я знаю.

– Да ничего такого, даже если б и нет. Я прекрасно понимаю, что вы просто выполняете свою работу, и представляю, что сейчас вы гадаете, какое отношение я имею ко всем этим убийствам. Правда же в том, что никакого отношения к ним я не имею – ну, или, по крайней мере, такого, о котором мне было бы известно. После гибели жены я сказал себе, что надо просто продолжать жить как жил, ходить на работу, читать книги… Я хочу тихой спокойной жизни.

– Я вам верю, – произнесла Гвен и посмотрела на меня с выражением, которое я так и не сумел прочитать. Вроде как с умилением. Или с жалостью.

– Вы уверены?

– Ну, хотя это место преступления – место убийства Элейн Джонсон – многое меняет. Оно отличается от других. Оно указывает напрямую на вас, напрямую на ваш список.

– Понимаю, что указывает. И из-за этого у меня какое-то странное чувство.

– Расскажите мне поподробней про Брайана Мюррея. Мог он знать Элейн Джонсон?

– Вообще-то он ее знал, – ответил я. – Ну, не уверен, говорил ли он с ней хоть раз, но определенно знал ее, поскольку Брайан приходит на все наши встречи с авторами, и Элейн тоже приходит. Приходила, вернее.

– Как вышло, что вы на пару купили этот магазин?

– Мы были друзьями, не особо близкими, но он очень часто заходил в магазин, и мы время от времени ходили куда-нибудь выпить. Когда предыдущий владелец решил его продать, я, видно, рассказал про это Брайану – насчет того, что сам купил бы его, было бы на что. По-моему, он сразу загорелся. Попросил своего юриста оформить сделку, при которой бо́льшую часть капитала вносит он, а я веду дела. Это было просто идеальное соглашение. И до сих пор остается. Он не имеет абсолютно никакого отношения к этим убийствам.

– Почему вы так думаете?

Я отхлебнул пива.

– Он алкоголик – мозги до конца еще не пропил, но почти. За два месяца пишет свой очередной ежегодный опус, а оставшуюся часть года пьет. Ему шестьдесят, но выглядит на все семьдесят, и каждый раз, когда мы где-нибудь зависаем, рассказывает мне в точности одни те же истории. Я и представить себе не могу, чтобы он хоть каким-то боком имел отношение к убийству. Даже если по какой-то причине у него и возникли бы намерения кого-нибудь убить, сильно сомневаюсь, чтобы он сумел их осуществить. Это просто нереально. Он даже машину не водит. Если куда надо, ездит на такси.

– Ладно.

– Вы мне верите?