28

Прежде чем вырубить библиотечный компьютер, я быстро поискал какую-нибудь информацию про Финна Чейни и Дарси Чейни. В отличие от своего отца, оба были неплохо представлены в Интернете. Если я нашел тех, кого надо, тогда Финн Чейни в настоящее время работал в небольшом банке в Питтсфилде, а также регулярно участвовал в самодеятельных викторинах в местном пабе. Дарси Чейни жила теперь в одном из пригородов Бостона, посещая магистратуру в университете Лесли [70] в Кембридже.

Отыскались и фотографии обоих, и они без сомнения являлись братом и сестрой. Густо-черные волосы, мохнатые брови, голубые глаза, маленькие рты… Судя по всему, никто из них не жил со своим отцом, и это была самая важная информация, которую мне удалось раздобыть. Если Норман Чейни жил один, тогда моя задача значительно упрощалась.

Едва я въехал в Тикхилл, как пошел снег – легкие хлопья, которые плавали в воздухе, словно не собираясь опускаться на землю. Без труда отыскал Комьюнити-роуд – едва населенную и плохо заасфальтированную дорогу, вившуюся вдоль склона холма. Приблизившись к номеру сорок два, я сбавил ход – лишь белые цифры на выкрашенном черной краской почтовом ящике показывали, что участок вообще существует. Медленно проехав мимо, вгляделся в глубину грунтовой подъездной дорожки, но так и не сумел различить никаких строений – все было надежно укрыто густым лесом. В конце Комьюнити-роуд развернулся и принял решение. На сей раз все-таки свернул на подъездную дорожку и после левого поворота наконец увидел дом. Он представлял собой нечто вроде пирамиды – больше окон, чем деревянного каркаса, что делало его похожим на лыжное шале в миниатюре. Я с радостью обнаружил, что гаража нет, а перед входом припаркована только одна машина – какой-то внедорожник. Шансы на то, что Норман Чейни в доме один, значительно повысились.