24 Глава
Она снова затихла. Моя Кэтлин. Она думает, что погружена в свои мысли, в свои воспоминания, в свою наивную мечту о побеге. Но я чувствую ее мысли, как пульсацию воздуха в комнатах, где я сам незримо присутствую. И все же, мне все труднее сдерживать себя, чтобы не быть рядом, чтобы не касаться. Но это испытание, которое я должен пройти. Пока. Она сидит там, вероятно, у окна, ее взгляд скользит по заснеженным деревьям. Она не знала, что я наблюдал, как музыка растворяла ее в этом океане ностальгии. Боль – мощный инструмент. И память – ее обоюдоострый кинжал.
Я не причиняю ей зла. Я ее сохраняю. Мир, из которого я ее вырвал, был полон чего-то, что оставило в ней глубокие шрамы, боли, которую она до сих пор не может осмыслить. Я чувствую ее уязвимость. И я даю ей защиту. Моя защита. Моя власть.
Эта клетка не для наказания, а для ее формирования. Золото лишь подчеркивает ее ценность. Я наблюдаю, как она пытается сопротивляться – эти ее немые вызовы, эти попытки сбежать. Глупышка. Я нейтрализую их еще до того, как они обретут форму. Это не борьба, это танец. Танец, в котором я всегда веду. И каждый раз, когда она пытается вырваться, а затем снова возвращается под мою руку, я чувствую, как нити, что связывают нас, становятся крепче.
Ее новая жизнь здесь – это процесс. Процесс принятия новой роли, нового статуса. Я вижу, как она сопротивляется, как она цепляется за прежнее "я", но она вынуждена принять эту новую сущность. Каждое мое слово, каждое правило – это не просто диктат, это часть формирования. Я вижу, как это ломает ее гордость, но также и как это заставляет ее осознавать границы. Ее уникальность, ее "узор", как она сама начинает его называть, проявится сквозь это подчинение. И он будет моим.
Я знаю, что в конечном итоге должен буду отпустить ее из этого особняка. Это часть моего плана. Но еще не время. Ее формирование не закончено.
Мой «дар» невмешательства – самая изощренная пытка, не так ли? Мое обещание не трогать ее без ее просьбы. Она думает, что это ее победа, ее контроль. Но это лишь перекладывает бремя желания на нее. Я жду, когда ее собственные противоречивые чувства перевесят страх. Страх перед тем, что она уже чувствует – странную, токсичную привязанность, которая разрывает ее изнутри. Она борется между ненавистью и этим необъяснимым притяжением. И я это чувствую. Я это культивирую.