Глава 31
Я пошла собирать свои вещи, а он остался стоять у окна, неподвижный, как статуя. Мне казалось, что он смотрит не на город, а куда-то сквозь него, в туманное, неопределенное будущее, в котором я просила его отпустить меня. Я не знала, сможет ли он это сделать. И я не была уверена, что сама этого хочу. Но так должно было быть.
Я зашла в гардеробную, чувствуя тяжесть каждого шага. Мои руки дрожали, когда я открывала шкаф. Каждый предмет одежды казался пропитанным его запахом, нашей общей жизнью. Это было похоже на сбор останков после пожара, хотя внешне всё было целым. Я брала самые необходимые вещи: несколько комплектов одежды, белье, косметичку. Мой взгляд упал на белое платье, в котором он видел меня на нашей первой встрече, — оно висело там, нетронутое, словно напоминание о начале, которое казалось таким простым. Теперь всё было невероятно сложно.
Я нашла свою дорожную сумку и быстро заполнила её. Рядом с ней лежали те самые архивные папки и дело Глории, которые стали катализатором всей этой драмы. Я бережно взяла их, прижимая к себе. Это было мое будущее. Моя правда.
Когда я вернулась в спальню с сумкой, Массимо всё ещё стоял у окна. Он не повернулся, не сказал ни слова. Только его плечи были опущены, выдавая всю тяжесть момента. Я чувствовала его взгляд на себе, даже не видя его глаз. Это было болезненно, но я должна была пройти через это.
Он медленно повернулся. Его глаза были красными, но сухими. В них не было прежней ярости, только какая-то глухая, всепоглощающая печаль. Он окинул взглядом мою небольшую сумку, архивы в моих руках, и его губы сжались в тонкую линию.
Я прошла мимо него, чувствуя его запах, его тепло, его отчаяние. Это был самый тяжелый шаг в моей жизни. Я вышла наружу, не оглянувшись. Не могла. Было невероятно больно, но я больше не могла так продолжать. Нам обоим нужен был этот перерыв.
Меня отвезли на работу, а водитель забрал мои вещи, чтобы отвезти их в мою квартиру. Всю дорогу я смотрела в окно, пытаясь осознать произошедшее. В моём мире сейчас не было никого, на кого я могла бы опереться. У меня не было даже подруги. Предательство Лидии много лет назад очень сильно сказалось на моем доверии к людям, и с тех пор я никого не подпускала близко. Теперь я была одна. Совсем одна.