Семь зёрнышек, или одно?

Мой Телеграм канал @mulifan801 с роликами - https://t.me/mulifan801

Мой ТикТок darkblood801 с роликами https://www.tiktok.com/@darkblood801?is_from_webapp=1&sender_device=pc

Ролик - https://www.tiktok.com/@skymoonblood2/video/7612637241193565458?is_from_webapp=1&sender_device=pc

Если найдете ошибки — пишите в комментариях.

Глава 32

В одиннадцать часов дня мы втроём (я, Клаус и Элайджа) сидели в приёмной той самой больницы, где вчера у меня брали анализы. Элайджа, как обычно, выглядел так, будто сошёл с обложки журнала «Идеальный Первородный». А Клаус, наоборот, выглядел так, будто готовился этот журнал сжечь. А я, как назло, застряла между ними, как единственный здравомыслящий человек в лифте с двумя разъярёнными быками.

— Никлаус, — спокойно произнёс Элайджа, даже не глядя на брата. — Ты сжимаешь подлокотник кресла так, будто пытаешься задушить его. Если ты сломаешь мебель, нам придётся объяснять персоналу, почему мы уничтожаем больничное имущество.

Клаус бросил взгляд на свои руки и, кажется, только сейчас заметил, что его пальцы впились в деревянный подлокотник с такой силой, что на нём начали появляться трещины. Он ослабил хватку и демонстративно положил руки на колени.

— Я просто... жду, — процедил он сквозь зубы.

— Ты ждёшь, как лев перед прыжком, — поправил Элайджа. — Расслабься. Селеста в порядке. Доктор просто хочет обсудить результаты. Это нормально.

— Ничего нормального в этом нет, — отрезал Клаус. — Если бы всё было нормально, он бы сказал это по телефону. А он попросил приехать. Лично. И захватить меня. Это не нормально.

Сквозь нашу связь я ощутила, что Элайджа был согласен с Клаусом. Он делал вид, что всё в порядке, но тоже волновался за меня.

— Эй, — я тронула Клауса за руку. — Расслабьтесь. Я бессмертная, помните? Вряд ли меня убьёт какая-то больничная хворь.

— Ты права, — Клаус перевёл на меня взгляд, и в его глазах мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее благодарность за попытку его успокоить. — Но если этот врач скажет хоть одно слово, которое мне не понравится, я...

— Ты ничего не сделаешь, — перебила я, сжимая его руку. — Потому что мы в цивилизованном месте, и ты обещал вести себя прилично. Помнишь? Ты обещал.

Клаус поморщился, явно вспоминая наш утренний разговор, когда я выбила из него обещание «не убивать никого, кто посмеет сообщить мне плохие новости».

— Я помню, — нехотя признал он. — Но если...

— Никаких «но», — отрезала я. — Просто сиди и жди. И дыши. Ты умеешь дышать?