Короткое замыкание
Прошло три дня с тех пор, как Конни стал частью этого негласного механизма. Он не знал, что было в списках у Эрика или других надзирателей, но его собственный перечень подопечных вызывал у него зуд под кожей.
В списке не было никакой видимой логики. Никакой закономерности по статьям, срокам или возрасту. Девять человек, среди которых была даже одна девчонка. Но чем больше Конни присматривался к ним во время раздачи, тем отчетливее проступала одна пугающая деталь: все они были аутсайдерами. Изгои, одиночки, те, кто не прибился ни к одной из тюремных группировок. Создавалось впечатление, что кто-то тщательно вычеркивал тех, за кого могли бы заступиться «свои». Кто-то подбирал самых беззащитных — тех, чье отсутствие или странное поведение никто не заметит.
«Может, я просто схожу с ума?» — думал Конни, чувствуя, как паранойя медленно разъедает его изнутри. Он убеждал себя, что это просто совпадение, что в списках Эрика наверняка полно татуированных громил, но легче не становилось.
Разговор с Сэмом, произошедший накануне в тени технического коридора, до сих пор стоял комом в горле. Сэм тогда был сух и почти жесток. «Если не ты, то другой, Конни. Но другой не будет думать. Он просто засыплет им глотки этой дрянью, и они сдохнут, не приходя в сознание. Делай, что должен, ради дела. Мы здесь, чтобы вскрыть этот гнойник, а не чтобы спасать каждого встречного».
Но Конни не мог. Глядя на этих «списанных» людей, он чувствовал себя не агентом под прикрытием, а палачом, который выбирает веревку помягче. Именно поэтому он начал сокращать дозу. Втихаря, дрожащими пальцами он отсыпал часть порошка, оставляя «своим» аутсайдерам крошечный зазор между реальностью и тем кошмаром, в который их погружали. Особенно он жалел ту девушку. Ей он отсыпал почти половину. Надеялся, что это даст ей лишний час трезвости, лишний вдох свободы.
В Аквариуме кипела обычная жизнь. Потоки групп сменяли друг друга с точностью часового механизма. Группа Альфы уже заняла свой стол, Данте о чем-то тихо переговаривался с Джеем, а Кейн со своими людьми держался особняком, излучая холодную уверенность.