Глава 15 / Эрида

Верь только половине того, что видишь,

и ничему из того, что слышишь.

английская пословица

Кое-как успокоив демона, не впавшего в неконтролируемое буйство исключительно по причине собственной растерянности, и постаравшись в сотый по счету раз убедить его, что ангелу ничего страшного в ближайшем будущем не грозит, вся троица наконец спустилась вниз, чтобы застать там картину, больше всего походящую на какой-нибудь парадный портрет эпохи соцреализма, с той лишь разницей, что на тех полотнах залезшего на броневик вождя не пытались стянуть вниз для последующего разъяснительного мордобоя.

В общем гомоне, который успел основательно перерасти из спора на повышенных тонах в бессистемный базар, участвовали все, даже эльфы. Единственным, кто остался в стороне и участия во всеобщем веселье не принимал, был сидящий в коридоре и позабытый всеми Скугга, беспомощно взирающий теперь на своего начальника.

Основные баталии развернулись на и без того небольшой, а ныне до предела заполненной людьми и эльфами территории кухни. Оттуда же доносился и наиболее громогласный бас владельца дома, периодические гневные комментарии Фаддиля и Лаэфа, плач Сурифь и уже затухающие в преддверии неминуемой расправы панические выкрики Бенуа Лефевра, явившегося, по всей видимости, основной причиной для недовольства остальных.

- Вот что значит интеллигент! - с какой-то непонятной гордостью в голосе прокомментировал происходящее Альфред. - За полчаса всех задолбать сумел!

Оставив фразу висеть в воздухе, шеф Таможни принялся проталкиваться к эпицентру событий, активно работая при этом локтями, коленями и кулаками. Метод оказался достаточно эффективен, и спустя пару минут невозмутимому Альфреду удалось завладеть вниманием притихшей толпы, хмуро потирающей пострадавшие в ходе смены власти коленные чашечки, лбы и ягодицы.

- Господа, ни в коей мере не смею вам мешать и позволю лишь заметить, что тот, кто сломает мне моего старшего аналитика, будет покупать нового. - Шеф, давая бунтарям возможность высказаться, сделал паузу, которой, впрочем, никто не воспользовался - уж очень метко и больно пинался новый трибун. - Хорошо, тогда если у вас ко мне есть какие-то претензии, я с удовольствием дам на них свои комментарии. Кто первый?

Галдеж возобновился с новой силой, но был заглушен самым громогласным оратором из всех - Алексеем.