Глава 4
Досмотрев очередной фильм я взглянула в окно. Шел восьмой час полета, а я уже не знала чем мне заняться. Все это время я отчаянно пыталась заснуть, но многочисленные мысли активно лезли мою голову. Самолет уже давно взял большую высоту, из-за чего земля затерялась где-то далеко-далеко в облаках, мирно проплывающих под нами. Иногда мне кажется, что можно наблюдать вечно за этой нежной небесной ватой, которая живет своим ритмом и двигается в своем особом направлении.
Я вспомнила ситуацию на пляже. Мне никогда не приходилось встречать подобных птиц в прибрежных районах мегаполиса, хотя я живу тут с рождения. Вдруг в моей голове промелькнула мысль о том, что это мог быть какой-то знак: я посмотрела на на свое предплечье, на котором все еще находилось небольшое пятнышко, свидетельствующее о том, что это все не является плодом моей фантазии. "Да нет, бред какой-то" - подумала я и закрыла глаза, в надежде все-таки погрузиться в сон.
**********
Я стою посреди темной комнаты, леденящий кожу страх окутывает меня вязкой дрожью. Мне ужасно страшно, но я не знаю что именно является причиной. Пытаюсь всмотреться в помещение и понять как отсюда выбраться, как внезапно кто-то или что-то зажигает свечи, давая возможность осмотреть место, где нахожусь. Я узнаю то самое место, под мостом, где проснулась вчера ночью. Все то же странное зеркало стояло посреди комнаты, только теперь от него исходил еле заметный голубой свет. Перед ним находятся несколько фигур в черных плащах. Они что-то бормочут на странном языке, склонившись перед предметом. Их лица скрыты капюшонами плащей и тенями, отбрасываемые свечами. Я подхожу к зеркалу и вижу свое отражение, но мне снова кажется, что это не я. Девушка в зеркале протягивает ко мне руки, а я, словно завороженная, иду к ней навстречу пока не проваливаюсь в вязкую пустоту зазеркалья.
**********
Резкий толчок где-то внутри меня вернул мое тело в привычное сознание и я открыла глаза. Цифры на моих часах показывали, что лететь осталось чуть меньше двадцати минут, что не могло не радовать меня. Шея и спина уже затекли от многочасового обездвиживания, а голова неприятно гудела. Пассажиры самолета уже давно оживились, хотя до этого салон авиалайнера напоминал детский сад в момент тихого часа.