Месть

  За окном уже было светло, солнце решило порадовать людей в один из зимних дней. На улице бегали дети по белоснежному сверкающему снегу, а остальные медленно проходили мимо окон, наслаждаясь чудесным днем. На часах показывало час дня, впервые Елизавета так долго спала за четыре месяца. Веки медленно приподнимались, в голове отдавало болью, а все тело ломило, и чувствовались ожоги на руках и ногах. Девушка осторожно повернула голову влево и не могла понять, где она. Она приподнялась на локтях и упала обратно, в руках почувствовалась резкая боль. Зашипев, Лиза попыталась вспомнить, что вчера происходило. Неожиданно в голове начали проплывать воспоминания, и она испуганно затрясла головой. В горле пересохло, а глаза быстро бегали по помещению. Что-то знакомое, но девушка не понимала. Вдруг дверь приоткрывается, и Лиза резко напряглась, но оттуда выглянул Миша с двумя чашками зеленого чая. Девушка спокойно выдыхает, пытаясь вновь приподняться.

— Нет, нет, нет, — сосед ставит кружки на стол и подбегает к Лизе, аккуратно кладя ее обратно на подушку, — отдыхай, тебе нельзя напрягаться. 

— Как я здесь оказалась? — тихо проговаривает она, тяжело дыша. 

— Я вчера тебя принес сюда, так как не хотел рыться в твоих вещах в поисках ключа, — спокойно сказал парень, помогая Елизавете облокотиться на стену и подавая кружку горячего чая, — ты была вся в крови, я умыл тебя и уложил на своей кровати. 

— Ч-что? — Лиза была в недоумении, для чего он так позаботился о ней. 

— Я бы не оставил тебя в таком состоянии, в каком ты была, поэтому сначала успокаивал тебя, а потом вот, — Михаил отпил из своей кружки и устало посмотрел на девушку.Лизе было и стыдно за себя и почему-то приятно. О ней никогда никто не заботился, только если мать в детстве проявляла такое. Ее щеки налились розовым оттенком, она опустила взгляд и из глаз начали медленно течь капли слез. 

— Эй, ты чего? — настороженно спросил Миша, аккуратно дотрагиваясь до русоволосой, — все хорошо же. 

— Спасибо, — тихо проговорила девушка.

Несколько минут они молча сидели и попивали чай, думая каждый о своем. Эту тишину прервал брюнет: — Наверно, не очень будет, если я задам этот вопрос, но все же, что случилось? — осторожно спросил он