Глава 4. Слуга, убийца, крыса

Утро выдалось не самым легким. Ни для Никсарии, ни для ее новообращенного слуги.

Впрочем, последние несколько дней вообще тянулись как жеваная резина - в упорной скуке, пыли и бесконечной работе над замком. «Замок» - громко сказано. Пока это была просто деревянная развалюха на холме, которую белобрысая кровососущая тварь пыталась превратить в подобие былого величия дома Эшвейл.

Никсария стояла посреди того, что когда-то станет тронным залом, и с ненавистью смотрела на очередной криво лежащий камень. Пол. Надо было найти хорошие камни для пола. Установить их. Отшлифовать. Каждый, мать его, камень вручную.

- Твою ж дивизию, - выдохнула она, пиная злосчастный булыжник.

Камень даже не шелохнулся. Только нога заболела.

Рядом, на корточках, возился Рафаэль. Он что-то колдовал со станком - огромной жужжащей конструкцией, которую сам же и собрал из обломков, костей и подручного хлама. Механизм стрекотал, плевался искрами и, кажется, даже работал.

- Госпожа, - позвал он, не оборачиваясь. - Если вы подвинете левый камень на полметра, нагрузка распределится равномернее.

Никсария закатила глаза. Этот человек - уже не человек, вампир, её творение - доставал её советами чаще, чем комары достают смертных летом. Он везде совал свой нос. В строительство, в планировку, даже в то, какой толщины должны быть стены.

- Ты мой слуга или прораб? - огрызнулась она.

Рафаэль обернулся. В его янтарных глазах (уже не просто человеческих - в них появился тот самый голодный, вампирский блеск) плескалось что-то странное. Обожание? Забота? Никс не могла подобрать слова, но это «что-то» заставляло её каждый раз отводить взгляд.

- Я тот, кто хочет, чтобы у вас было достойное жилище, госпожа, - ответил он с той убийственной серьезностью, от которой у Никс сводило скулы.

Она фыркнула и отвернулась. Но камень всё же подвинула.

***

Самое бесячее началось позже. Рафаэль построил себе гроб.

Нет, ну ладно, гроб - это святое, каждый уважающий себя вампир должен где-то спать. Но он поставил его рядом с её гробом. Вплотную. Буквально в сантиметре.

Никсария застыла в дверях спальни, глядя на эту картину. Её гроб - роскошный, из темного дерева, с гербом дома Эшвейл, который она восстановила по памяти. И рядом - убогое корыто, сколоченное Рафаэлем из чего попало, но стоящее так близко, что крышки почти соприкасались.

- Рафаэль, - позвала она ледяным тоном. - Объяснись.

Он появился из тени мгновенно - с той скоростью, что дала ему её кровь. Замер, глядя на неё снизу вверх (он был выше, но почему-то всегда смотрел снизу).