глава 6 - (эпизод 2)
***
Хорошо сложенный, подтянутый мужчина лет тридцати в деловом костюме вышел из машины. Шофер запоздало сделал жест, мол, сам собирался выйти, чтобы открыть начальнику дверцу. Но тот рассеянно махнул рукой:
— Не суетись, Ларионыч, я не царь, чтобы передо мной двери открывать.
— Я отгоню машину на стоянку, — сказал шофер Ларионыч, и корпоративный автомобиль бесшумно укатился прочь.
Человек в костюме посмотрел на облезлый фасад муниципальной больницы, привычным жестом проведя рукой по золотой запонке на рукаве в виде парящего голубя. Улыбаясь, уверенной походкой он вошел в здание.
В нос ударил резкий больничный запах. Повсюду деловито суетились люди в белых халатах. Редкие в это время дня посетители больницы от скуки изучали многочисленные вывески и расписания, которыми кто-то попытался замаскировать трещины в ветхих стенах.
Мужчина подошел к окошку регистратуры и спросил, в какой палате находится интересовавший его больной.
Пухлая женщина окинула его ленивым взглядом и произнесла:
— Палата 21. Но его только перевели из реанимации. К его палате приставили караулить милицию, и посещение категорически запрещено, даже если вы близкий родственник, — затем, словно спохватившись, она добавила: — Если, конечно, вы не из органов. Хотя это вряд ли, уж больно дорогой на вас костюмчик, — со знанием дела пролепетала она. — Тут уже приходил к нему один следователь.
Человек молча предъявил одно из своих удостоверений. Женщина, вмиг изменившись в лице, холодно сказала:
— Можете подняться.
Человек так и сделал, напоследок дружелюбно улыбнувшись женщине, из-за чего та еще сильнее побледнела. Человек в костюме почувствовал неподдельную жалость к перепуганной женщине. Ему не доставляло удовольствия пугать людей. Но должность финансового директора корпорации Kinesis нередко вынуждала его демонстрировать превосходство своего положения. Сам же он был человеком робким и невоинственным, но, отстаивая свои жизненные принципы и взгляды, мог быть очень настойчивым и убедительным. Вот и в этот раз он находился здесь не по долгу службы, а в личных целях. В палате 21 находился человек, который — финансовый директор очень на это надеялся — нуждался в его помощи.
В кармане зазвонил телефон. Человек с золотыми запонками поднес его к уху.
— Слушаю.
— Глеб Митрофанович, — послышался взволнованный голос секретарши, — здесь какие-то люди ожидают Вас в Вашем кабинете. Я подслушала их разговор. Кажется, Вас собираются сместить с должности финансового директора.