Яд в сердце и голос в голове

Новое убежище было самым мрачным из всех — сырой подвал под заброшенной часовней, где пахло землей, тленом и старой скорбью. Лео лежал на походной кровати, пристегнутый к ней кожаными ремнями. Он не дрался, не рвался. Он просто смотрел в потолок пустым, выжженным взглядом, а когда Кара приближалась, чтобы дать ему воды, он отворачивался.

— Отпусти меня, Кара. Я ненавижу тебя, — его голос был монотонным, лишенным даже злости. Это было хуже крика. Это была констатация факта, выжженного в его сознании.

— Я не могу, Лео. Ты не в себе. Ты не понимаешь, что говоришь, — она пыталась говорить мягко, но ее собственное сердце разрывалось на части. Видеть его таким — холодным, чужим — было пыткой.

— Я понимаю, что ты — монстр. И что ты держишь меня здесь, как вещь.

Она не выдержала и выбежала из комнаты, прислонившись к холодной каменной стене коридора, чтобы не упасть. Слезы текли по ее лицу беззвучно. Она чувствовала себя так, будто теряет его с каждым мгновением, и была бессильна это остановить.

Авраам наблюдал за ней из тени, его лицо было непроницаемой маской, но внутри все сжималось в тугой, болезненный узел. Видеть ее страдания стало для него невыносимым. Он всегда считал, что боль закаляет, что она необходима для превращения в оружие. Но эта боль... она его ранила.

— Он сломает тебя, — его голос прозвучал тихо, заставляя ее вздрогнуть.

— Он не сломан! Он... он под влиянием! — вытерла она слезы, пытаясь собраться. — Ты старше, сильнее. Ты должен знать способ. Как снять гипноз? Должен же быть способ!

Авраам молчал, его взгляд был тяжелым.
—Есть, — наконец выдохнул он. — Но он опасен. Гипноз такой силы... его нельзя просто стереть. Его можно только прорвать. Сильным эмоциональным потрясением. Тем, что будет настолько ярким и болезненным, что сломает искусственные конструкции в его памяти.

— Потрясением? Каким? — в ее глазах вспыхнула надежда.

— Правдой, — холодно сказал Авраам. — Самой горькой правдой. Он должен увидеть, как Бриана пытается его убить. Или... — он запнулся.

— Или что?

— Или ты должна быть готова причинить ему такую боль, что его собственная психика взбунтуется против навязанного образа тебя.

Кара смотрела на него, и кусочки пазла в ее голове начали складываться в ужасающую картину.
—Ты... ты знал? Ты знал, что Бриана гипнотизер? С самого начала?

Авраам не отвечал, что было красноречивее любых слов.