Глава 11: Город туманов и отзвуков легенд

Логтаун встретил их не просто туманом. Это была живая, дышащая субстанция, белая пелена, поглощавшая звуки и искажавшая очертания. Воздух пах солью, влажным деревом, дешёвым табаком и чем-то ещё — порохом, старостью и ожиданием. Город, где пересекались пути тех, кто стремился в Великий штиль, и тех, кто бежал оттуда.

Пока Нами, Санджи и Усопп отправились закупать провизию и пополнять запасы картографической бумаги, а Зоро с мрачным видом отправился «на разведку» (что все поняли как «на поиски выпивки»), Луффи вертелся на палубе, как на иголках.
— Место казни! — объявил он, его глаза горели не детским любопытством, а чем-то более серьёзным. — Надо посмотреть. На то самое место, где всё началось!

Алиса, поправляя повязку на руке, кивнула. Ей и самой было не терпёлось. Это место было напрямую связано с мифами о её родителях. Площадь, где закончил путь Король Пиратов, могла что-то рассказать… или хотя бы позволить почувствовать эхо той эпохи.

Они углубились в лабиринт мощеных улочек. Туман делал из обычных домов призрачные замки, а из прохожих — неясные тени. Алиса чувствовала на себе взгляды. Здесь, в этом перекрёстке миров, было много глаз, умеющих узнавать лица с плакатов. Она натянула капюшон своего простого плаща пониже, инстинктивно пряча лицо.

Площадь казни оказалась не такой мрачной, как она ожидала. Она была обычной городской площадью, просто с высокой, массивной платформой посередине. Сейчас там торговали рыбой и овощами. Жизнь давно стёрла следы того рокового дня. Но стоя там, Алиса чувствовала… пустоту. Не святость, не ужас, а великую, всепоглощающую пустоту, оставшуюся после исчезновения гиганта. Здесь не было эха Роджера. Здесь было эхо того, что он оставил после себя — пустоту, которую каждый мечтал заполнить своей собственной легендой.

Луффи стоял рядом, молча уставившись на эшафот. На его лице не было обычной дурашливой улыбки.
— Он улыбался, — тихо сказал Луффи, как будто читая её мысли. — Даже в конце. Потому что был свободен.
Эти слова странным образом успокоили Алису. Не страх и благоговение, а понимание свободы. Такой же, к которой стремился её отец. Такой же, которую искала её мать.

Блуждая дальше, они наткнулись на него почти случайно. Неказистую, покосившуюся дверь в переулке, над которой висела вывеска, на которой с трудом угадывались слова. «Бар «Золотая удача». Заведение, которое не пыталось привлечь внимание, а скорее пряталось от него. Но Луффи, ведомый нюхом на приключения (а может, на еду), уже толкал дверь.
— Здесь пахнет интересно!

Внутри было темно, накурено и… наполнено историей. Воздух был густым от запаха старого рома, дерева и времени. За стойкой стоял сухопарый старик с умными, всё видевшими глазами — сам хозяин, как позже выяснилось. А в углу, за столом, покрытым шрамами от клинков и пролитых напитков, сидела компания, от которой сразу повеяло дешёвой угрозой. И во главе её — клоун в пёстрой одежде и с красным носом, чьё лицо Алиса мгновенно узнала по рассказам Каторо и редким газетам. Багги-клоун. Не великий, но опасный в своей истеричной жестокости.

Их появление вызвало переполох. Багги, вечно мнивший себя центром вселенной, увидел в Луффи (а особенно в его безразличии к своей персоне) личное оскорбление. Слова переросли в перепалку, а затем Багги, с его параноидальной мнительностью и обидчивостью, решил устроить показательную казнь. Не пирата, посмевшего бросить ему вызов, а наглого мальчишку в соломенной шляпе.

Всё произошло слишком быстро. Подручные Багги схватили Луффи. Сам клоун, с театральным пафосом, вытащил пистолет. Алиса рванулась вперёд, её рука инстинктивно потянулась к «Приливу», но острая боль в боку напомнила о её состоянии. Она не успеет. Мысль пронзила её ледяной иглой.

И в этот миг туман у входа в бар сгустился, а затем расступился.

В дверном проёме возникла высокая, мощная фигура в тёмно-зелёном плаще с капюшоном. Он вошёл бесшумно, и атмосфера в баре переменилась мгновенно. Даже Багги замер, почуяв инстинктивную, животную опасность. Незнакомец не стал кричать или угрожать. Он просто… появился. И все поняли, что он здесь — хозяин положения.

Когда Багги, трясясь от страха и злости, всё же выстрелил в Луффи, случилось невозможное. Пуля отклонилась. Словно упёршись в невидимую стену. А затем незнакомец двинулся. Его действия были стремительны, эффективны и не оставляли шансов. Подручные Багги падали, даже не понимая, что их ударило. Сам клоун был повержен одним ударом, вдавлен в пол.

Алиса застыла, прислонившись к стене, забыв о боли. Её мозг лихорадочно работал. Этот стиль, эта аура непререкаемой силы… И тогда, когда плащ на мгновение отлетел в сторону, она увидел лицо. Суровое, изборождённое шрамами, со спокойными, всепонимающими глазами. Лицо, которое она видела всего один раз, на пожелтевшей, зачитанной до дыр листовке, что Каторо хранил в самом дальнем ящике своего стола, рядом с вырезкой о Роджере. Тот, кого морская пехоота считала величайшей угрозой в мире. Лидер Революционной армии. Монки Д. Драгон.

Он посмотрел на Луффи, и в его глазах мелькнуло что-то неуловимое — признание, далёкая печаль. Затем его взгляд, тяжёлый и всевидящий, скользнул по барной комнате и на долю секунды остановился на Алисе. В её замершем, бледном от потрясения лице, в её широко открытых глазах цвета бурного моря он, казалось, увидел что-то. Не узнавание её — но, возможно, узнавание того же отголоска эпохи, что читал в ней Михоук. Он ничего не сказал. Просто слегка, почти незаметно кивнул — не ей, а словно самому себе, подтверждая некое предположение.

Затем он повернулся и растворился в тумане у выхода так же бесшумно, как и появился, оставив после себя тишину, разбитую только стонами поверженных пиратов Багги и тяжёлым дыханием Луффи.

Луффи был жив. Не только жив — он сиял.
— Видел?! Видел, Алиса?! Он был такой крутой! Кто это был?

Алиса медленно выдохнула, чувствуя, как дрожь отступает, сменяясь ледяным спокойствием. Она подошла, помогая ему подняться.
— Не знаю, — соврала она первый раз за всё плавание. Голос её был ровным. — Какой-то сильный человек. Повезло нам.

Она знала. Она узнала Драгона. И тот факт, что он появился здесь, сейчас, и спас Луффи, вбрасывал в уравнение её жизни новую, невероятную переменную. Но говорить об этом сейчас, здесь, было нельзя. Даже Луффи.

Они покинули бар, оставив позади хнычущего Багги и перешёптывающихся завсегдатаев. Туман снаружи казался ещё гуще. Алиса шла рядом с Луффи, её ум лихорадочно работал. Драгон. Революционная армия. Что связывало его с Луффи? И почему он посмотрел на неё так?

«Твоя мать была одним из немногих, кто мог заставить Рейли терять хладнокровие», — вспомнились ей слова Михоука. А Рейли, по слухам, одно время был связан с революционерами… Клубок становился всё более запутанным и опасным.

Когда они вышли к порту, где уже стоял нагруженный припасами «Гоуинг Мерри», Алиса в последний раз оглянулась на тающий в тумане Логтаун. Этот город дал ей не только чувство истории. Он дал ей осязаемое подтверждение — тени прошлого не просто легенды. Они живы. Они ходят по земле. И они начинают замечать её.

Она поднялась на борт, где её ждали вопросы встревоженных Нами и Санджи. Она отмахнулась, сказав, что столкнулись с мелкими хулиганами. Луффи, верный своему правилу не углубляться в детали, уже вовсю рассказывал Усоппу о «крутом мужике в плаще».

Зоро, сидевший на своём обычном месте, пристально посмотрел на Алису. Он видел напряжение в её плечах, новую тень в глубине её глаз. Он не спросил ни о чём. Просто протянул ей свою флягу с водой.

Алиса взяла её, кивнув в благодарность. Она сделала глоток, глядя на сгущающиеся над Логтауном сумерки. Теперь у неё было ещё больше причин стать сильнее. Не только чтобы найти свою семью, но и чтобы быть готовой к тому дню, когда тени из прошлого — будь то Морская пехота, старые враги её родителей или такие фигуры, как Драгон — обратят на неё своё полное внимание.

«Гоуинг Мерри» отчаливал, унося их прочь от города туманов и тайн, навстречу Reverse Mountain и Великому штилю. Но Алиса знала — туман Логтауна теперь навсегда останется с ней внутри. Вместе с пониманием, что её путешествие было частью чего-то гораздо большего, чем она могла представить.