Глава 6

Янек и Юра заметно нервничали последние дни и почти не общались. Вот и сейчас они молча торчали по углам, как говорят, в носу ковыряли, ожидая девушек. Девчонки ворвались, как два Солнца в горах, сразу с шумом и сногсшибательно. Унь показалось, что юноши, в унисон, издали легкий протяжный стон. Стон в унисон, Унь увлеклась рифмой и тут же забыла, про источник стонов. Алекса уверенно плюхнулась в командирское кресло, крутанулась, изящно скрестила ноги и заморгала на Янека длинными ресницами:

— Ну, командир, на какую тему мы будем сегодня воспитываться?

Наверное, в другое время каждый из присутствующих без труда заметил бы радикальные перемены в поведении Алексы, но сейчас каждый из них был так заморочен, самой же Алексой, что ничего такого малозначительного заметить не мог.

Пауза после вопроса затянулась. Унь удивленно подняла на Янека глаза:

— Командир.

Янек трепенулся и отвел глаза от Алексы:

— Да, надо воспитывать.

Юрий вышел из «анабиоза»:

— Янек, что воспитывать? Ты о чём?

— Воспитывать? А, воспитывать коллективизм!

Унь удивленно наморщила лобик:

— Какой коллективизм?

— Да обычный. Давайте просто поговорим. Вопросы, ответы.

— Интересно. И про нашу миссию ответишь? — пророптала Алекса.

Янек покашлял.

— Ну, что могу расскажу.

— Ты, что-нибудь знал про «божественную» миссию? Имею ввиду, что сам папа римский нашу миссию организовал.

— Нет, не знал, только из послания твоего отца понял. Хотя их много на прощании было.

— Там много всех было. И мусульмане, и евреи... — вставила Унь, а Юрий подхватил:

— Помнится, даже первый помощник далай ламы выступал.

— Это в пиджаке поверх халата?

Янек засмеялся громче остальных:

— В пиджаке, в пиджаке. Как ты заметила? По мне, так они все были в скафандрах, как эти, ну отец Алексы говорил?

— Долбаные марсиане, — вспомнил Юра, — Меня всегда это парило, что на Земле все закутаны, как инородцы, а мы, в космосе, без масок и скафандров.

— А к чему всё это? — не успокаивалась Алекса, — Зачем нужна миссия? Что нам делать?

— Ну, ты же знаешь, спасти человечество...

— Мы этот пафос три года в куполе слушали.

— Да, а потом он мне три года в анабиозе снился, — с этими словами Юрий привстал, изображая чудище и потянулся к Янеку, — Скажи, реально, чего ждать?

— У меня, честно, нет больше информации. Есть инструкции.

— А к чему эти учебные тревоги?

— При наступлении часа икс... — Янек осёкся.

Юрий тотчас перестал кривляться:

— Так, значит час икс?

Янек опустил голову, его поймали на слове. Унь ухмыльнулась:

— Теперь что скрывать? Говори!

— Можно шёпотом, по секрету.