4.

Уже издалека я заметила у воды мерцающие точки сигарет — они светились, словно светлячки. Несмотря на прежние вопли Венус, которыми она потчевала меня по телефону, теперь все разговаривали приглушенными голосами; будто что-то замышляли.

Как только я приблизилась, они замолкли, и на мгновение я почувствовала себя так, словно они были мне совершенно чужими.

Этот момент длился всего лишь долю секунды, но его хватило, чтобы понять, какое впечатление мы производим, когда кто-то наблюдает за нами со стороны. 

Будто мы вечно что-то затеваем. 

Хотя было жарко, волоски на коже встали дыбом — пришлось быстро потереть плечи, стряхивая с себя этот внезапный порыв холода, который исходил, кажется, из меня самой.

— Наконец-то, — прошипела Венус и наклонилась ко мне. Несмотря на царящую тьму (только вода в Чуде отражала свет фонарей, стоявших чуть выше, на дорожке над нами), я заметила какой-то нездоровый блеск в её глазах. — Ты правда долго возилась, чем бы ты там ни занималась, — прошептала она. 

— Я спала. 

— Ясно, — буркнул Робин. Только сейчас я заметила, что он совершенно «обдолбанный». Он лежал прямо у ног Венус, прислонившись головой к её кедам, и смотрел в небо. Он не держал косяка, но запах травы (который я искренне не выносила) начал ввинчиваться мне в ноздри. Костек и Ханна не курили, но, кажется, были «под кайфом». Их ленивые усмешки и скользящие по мне пустые взгляды только утвердили меня в убеждении, что при себе у них явно было много. 

— Ну как? О чем вы так шептались? — спросила я, стараясь говорить непринужденным тоном и садясь рядом с Робином. 

— Не помню. — Ханна скривилась и посмотрела на Костека так, будто не видела его раньше, хотя они все время соприкасались бедрами. — О чем? 

Костек очень медленно покачал головой и облизнул губы. 

— Теперь наконец-то я могу вам всё сказать. 

— О господи, благодарим. — Венус принялась бить поклоны, прижимаясь лбом к бетонной ступеньке, на которой сидел Костек. 

— Остынь, — простонал Робин. Придавленный её животом, он подскочил, отталкивая её. — Ты тяжелая. 

Венус лишь слегка приподнялась, но я успела заметить это секундное дрожание уголков её губ. Она быстро рассмеялась — так громко, что спавший неподалеку кот вскочил на все четыре лапы и шмыгнул в заросли. 

— Рядом с таким слабым экземпляром, как ты, по крайней мере монумент должен быть непоколебимым и сильным, — сказала она и вытянула ноги из-под его головы. 

Ханна закатила глаза. 

— Ладно, кончайте нести чушь. Я хочу узнать, куда мы едем.