Глава 3

     Показал знаком Майвор – всё, разговор окончен, – повернулся и пошел к кемперу. Майвор последовала за ним. Когда они отошли на расстояние, на котором никто не мог их слышать, Майвор сказала:
     – Почему ты всегда такой настырный?
     – Настырный? Ты же сама знаешь, что это за работа – разбирать все это дерьмо. Мебель, стойки... на одних настилах надорвешься.
     – Всё так... но ты мог объяснить людям без такого напора. Что за агрессия? И на меня незачем орать.
     В палатке Дональд схватил стул, поставил в угол и уселся, скрестив руки на груди.
     – Я не на тебя орал, старушка, ты прекрасно знаешь. Они меня просто... я тебе говорю: если кто-то будет нарываться, то...
     – То что? Что ты тогда сделаешь, Дональд?
     Дональд, не вставая, дотянулся до газового холодильника и достал банку пива.
     Отщелкнул замочек, сделал большой глоток и вытер губы.
     – Тогда я возьму винтовку.
     Майвор уставилась на мужа. Тот с деланым равнодушием кивнул на вход в палатку: вот, дескать, если кто-то явится и начнет нарываться, сама увидишь. Она дождалась, пока он на нее посмотрит.
     – Ты взял с собой винтовку?
     – Само собой, – Дональд пожал плечами. – Сейчас такие времена... полно проходимцев.
     Сделал еще глоток пива, слишком большой: из угла рта на подбородок побежала янтарная струйка.
     Майор не спускала с него глаз.
     – Я же не собираюсь никого убивать, старушка, ты же понимаешь. Отпугну – и всех дел.
     – Патроны, по крайней мере, вынул?
     – Вынул, вынул. Само собой.
     – А затвор снял?
     – Хватит уже... – Дональд отвернулся, откинул крышку табуретки и достал оттуда транзистор – надо же как-то прервать неприятный допрос.
     – Сомневаюсь... – Майвор горько усмехнулась. – Радио... какое там радио... посмотри вокруг.
     Но Дональд уже успел нажать кнопку, и тут же выяснилось, что она сомневалась зря. Из старого красного транзистора, купленного лет тридцать назад, полилась музыка. Тува Карсон, «Все уже забыли».
     Дональд и Майвор ошеломленно уставились друг на друга. Им сказали, что ни телефоны, ни компьютеры не работают – нет покрытия. И на тебе:
     Все уже забыли, но не я, С каждой одинокой ночью Память все ярче...
     Они вслушивались в слова песни, будто в ней зашифровано какое-то скрытое сообщение. Будто они помогут найти ответ, объяснить их нелепое положение. Ни тот ни другой не были поклонниками Тувы Карсон, а теперь сидели и вслушивались в каждое слово.
     Песня закончилась. Они, затаив дыхание, ждали. Вот сейчас прозвучат слова диктора: «Важное сообщение»... «а теперь прослушайте» – или что-то в этом роде. Но Нет – вступительный аккорд к «Твоей мелодии» Сильвии Вретхаммар. И голос самой Сильвии.