Отрывок

— Потрясающе, — произнесла Эврим, её взгляд скользнул от блюда к Барышу.

— Дай мне, — мягко сказал он, забирая её вилку.

Он подал ей нежный гребешок. Она медленно приняла его губами с кончика вилки. Закрыв глаза, начала жевать с томной, наслаждающей неспешностью.

— Ммм... — бархатный стон чистого удовольствия вырвался у неё, пока она чувствовала таящий во рту вкус.

Проглотив, она открыла глаза, в которых плавилось блаженство.

— Идеально, — произнесла она, и её нога под столом мягко скользнула по его ноге. — Как и всё, что связано с тобой.

— Эврим-ханым, что происходит? Вы ко мне пристаете?

— Есть такое.

— Ведите себя прилично.

— Это выше моих сил, когда со мной такой красивый и галантный мужчина. — Эврим показала на него пальчиком и сказала: — Ну что, играем? У меня первый к тебе вопрос. Какая твоя любимая часть тела?

Барыш блаженно улыбнулся. Слегка поиграл глазами, изображая задумчивость.

— Грудь, шея, Аллах, губы... Это ловушка. Всё, всё твое тело — сплошное любимое место.

— Любимое место для поцелуев?

— Там, где шея переходит в ключицу, где чувствуется твой пульс. Это меня очень заводит. — А ещё он слегка наклонился вперед и чуть тише сказал: — Между ног... И твоя реакция на этот поцелуй.

Эврим закатила глаза, и щеки ее стали розоветь.

— А я люблю целоваться с тобой в губы.

Она взяла щупальце осьминога, слегка подняла над головой и медленно стала опускать в рот.

— О! О! О! О! Эврим-ханым, вы уже начинаете переходить грань. Я не успеваю так быстро на все реагировать. И отвечать на вопросы, и есть, и смотреть на вас...

Эврим опять прикрыла глаза и с блаженством проживала вкус.

— Невероятно вкусно! — Она опять показала на него пальчиком. — Отдавать или получать?

— Отдавать, конечно. Контролировать твое удовольствие — моя наркотическая зависимость.

— Быстро или медленно?

— Зависит от твоего настроения. Но заканчивается всегда одинаково громко.

И они весело рассмеялись.

— Эврим-ханым, а моя очередь вопросов будет? Или у нас допрос, а не игра?

— Да-да, хорошо, твоя очередь. А я как раз съем мидию. — Она взяла раковину, засунула ее полностью в рот, а потом медленно, словно кораблик, стала вытягивать изо рта — но уже пустую.

— Аллах, Аллах! Так же нельзя есть... это за гранью... — промолвил Барыш, глядя, как Эврим светилась от удовольствия.

— Твой последний любимый момент? — Эврим посмотрела на него с детской нежностью.

— Тот, где ты, как сумасшедший, кружил меня на руках во дворе. Я летала. И была очень счастлива.

Барыш сглотнул, и по его лицу было видно, что ему очень приятно.