Глава 1. Пепел Харкот

Ноябрь 1991 года. Поместье Харкот, Йоркшир.

Огонь поднимался к небу, как живое существо. Он лизал каменные стены, выедал витражи, превращал вековой дуб в угли. Чёрный дым смешивался с серым снегопадом, и в этом алом зареве кто-то кричал. Наверное, мать. Или отец. А может быть, это кричала сама Серафина, но она не слышала собственного голоса - только треск пламени и шипение, странное, змеиное, которое доносилось из центра пожарища.

Она стояла на холме в миле от поместья. Её отправили в Хогвартс рано утром - отец сказал, что так надо, что она должна быть в безопасности. Он поцеловал её в лоб и прошептал: «Ты - наша надежда, Сера. Не оглядывайся».

Она не оглянулась. Она послушалась. А теперь смотрела, как догорает её дом, и понимала, что никогда больше не увидит родителей.

Маленькая, худая, с длинными чёрными волосами, которые трепал ветер, она не плакала. Она просто смотрела белыми, почти прозрачными глазами на то, как пламя пожирает её детство. Рядом с ней на замёрзшей земле сидел воронёнок - чёрный, взъерошенный, с перебитым крылом. Она нашла его утром, когда собирала вещи, и взяла с собой. Потому что он был таким же одиноким, как она.

- Они убили их, - сказала она ворону шёпотом. - И я ничего не могу сделать.

Воронёнок склонил голову и издал тихий, хриплый карк. И Серафина вдруг поняла, что понимает его. Не слова - нет, но чувства. Он говорил ей: «Ты ещё жива. А мёртвые не вернутся. Но ты можешь помнить».

Она прижала птицу к груди и пошла к Хогвартс-экспрессу, оставляя за спиной пепел и дым.

---

Шесть лет спустя. Хогвартс, начало учебного года.

Холл был полон шума. Первокурсники с замиранием сердца ждали Распределения, старшекурсники перешёптывались, обсуждая летние новости. За столами домов царила привычная суета, но за столом Слизерина, в самом дальнем конце, было тихо.

Серафина Харкот сидела с прямой спиной, положив руки на стол. Её чёрные волосы струились по плечам, резко контрастируя с бледной кожей и острыми, почти хищными чертами лица. Серые глаза, в которых почти не было цвета - только лёд и пепел, - равнодушно скользили по толпе. Она не улыбалась. Она вообще не выражала эмоций.