глава 38

Лиам Хейс

Мы почти подъехали и остановились у одного бара. Он стоял в глуши, среди леса, вдалеке от городских огней. Дорога была разбитой, фонари не горели, и только вывеска бара тускло светилась красным неоном: «Roadhouse». Место выглядело так, будто время остановилось здесь лет двадцать назад.

Всю дорогу мы пытались дозвониться до Бена и уговорить его встретиться. Арло названивал каждые десять минут, пока наконец не услышал в трубке сонное, недовольное: «Алло». Два часа уговоров, обещаний, объяснений - и вот мы стоим у входа, ждём его.

Он пришёл через десять минут. Невысокий, коренастый, в потрёпанной куртке и с вечно уставшими глазами человека, который видел слишком много. Мы пожали друг другу руки, и Арло кратко рассказал о случившемся - без деталей, только суть: пропала девушка, полиция бессильна, нужен профессионал.

Бен кивнул на бар, и мы зашли внутрь.

Бар оказался противным. Прокуренный, с липким полом и тусклым светом, который едва разгонял полумрак. За стойкой сидели двое - пьяный дальнобойщик и женщина в дешёвом платье, которая клевала носом. Музыка играла тихо, но противно, какой-то заунывный кантри. До закрытия оставался час, и посетители уже разъезжались.

Мы сели за столик в углу, откуда был виден весь зал. Я заказал кофе - пить не хотелось, но нужно было чем-то занять руки. Арло взял виски. Бен - воду.

- Её зовут Люси, - начал я, глядя в стол. - Шесть месяцев назад я ушёл в магазин, вернулся - дверь открыта, её нет. Я звонил, но она не брала. Её уличная обувь стояла в прихожей, значит, она не уходила сама. Я обыскал всё, что можно. Весь Чикаго. Больницы, морги, полицейские участки - ни следа.

Бен кивнул, записывая что-то в блокнот. Его ручка скользила по бумаге быстро, без остановки.

- Вы обращались в полицию, как я понимаю, безуспешно? - спросил он, не поднимая глаз.

Я кивнул.

- Они сказали, что ищут. Но за полгода не нашли ничего. Ни одной зацепки, ни одной улики. Как будто она испарилась.

Ещё десять минут я рассказывал всё, что знал о Люси. О её прошлом, о муже-абьюзере, о том, что она сбежала от него три года назад. О том, как мы встретились. О том, какой она человек - добрая, сильная, верующая. О том, что она не могла уйти сама. Никогда.

- Знаете, - сказал Бен, откладывая ручку, - это на самом деле трудно. Вы должны были обратиться ко мне ещё пять месяцев назад. С каждым днём следы остывают, люди забывают лица, свидетели исчезают. А полгода - это почти приговор.

Арло выдохнул и опустил голову.