Эпизод 4. Часть 2. Джесси

После задержания на Третьей Большой улице, где я пыталась подороже продать свою шкурку одному negro, нас отправили сюда, во временный изолятор. Я думала, что, как обычно, отделаюсь штрафом, но что-то пошло не так. Мой Папочка был зол, но когда ему вдарили дубинкой по причинному месту, быстро успокоился. Потом он мне это припомнит, но мне не привыкать. Жизнь у меня вообще, как говорится, собачья. Секс на аперитив, побои, секс на завтрак, побои, секс...и так далее. Я не особо пользуюсь спросом, но и того, что мне достается, даже много.

Я стою напротив подруги детства одной из своих сестер. На мне тонкая кожаная куртка, под которой нет совершенно ничего, и облегающие брюки из лайкры, которые лишь подчеркивают контуры микроскопических танга. Мое лицо покрыто бронзатором в два или три слоя, потому что сегодня утром я поняла, что начала стареть. Мой рот густо намазан карминово-красной помадой и похож на еще одну растерзанную дырку. На щеках -- розовые румяна, на глазах –  карнавальные веера накладных ресниц. Я напоминаю бронзовый памятник пробитой суке, но никак не Джесси Ганн. Да... когда-то так меня и звали. Сейчас я называю себя Моникой. До этого звала себя Анной. Я где-то слышала, что anna с японского переводится как "дыра". Мне так и не удалось узнать, так это или нет. Знаете ли, японцы редко хаживают по анклавским публичным домам.

– Я тебя знаю, – говорю я, едва заметно ухмыляясь. 
– Откуда это?  – спрашивает она. 
Я смеюсь. Коричневая пудра скатывается в крохотные морщинки у самых глаз, отчего они чешутся и слезятся. Кажется, опять аллергия. Нужно купить таблетки, но я не думаю, что у меня что-то останется в карманах после сегодняшней ночки в изоляторе. Я уверена, Папочка отберет все.
– Неважно, –отвечаю и тянусь к маленькой сумочке. Я уверена, где-то на дне лежит пара-тройка сигарет – самых дешевых, с химозным заменителем вместо табака. Они пахнут мочой, а не яблоком или мятой. Но мне все равно хочется курить. До скрежета зубов...ну, тех, что еще имеются в моем рту.  До полного комплекта не хватает целых четырех – два из них мне вырвали, дабы я не кусалась и сосала лучше. 
Знаете, мой первый сутенер сделал это пальцами. Просунул их в рот, схватил за самое основание и дернул вниз. 
Это было больно.
Я кричала, вырывалась и плакала, пыталась укусить, но он все равно это сделал. Именно тогда моя жизнь превратилась в один огромный порноролик в жанре "снафф".