8

- Больной кретин! - именно с этих слов начал свое комментирования Марк, дослушав рассказ Риги. - Он вообще не имеет право так делать!
      - Ты лучше меня знаешь, что имеет.
      - Да?! А если бы что-то случилось?!

      Марк нервно ходил из стороны в стороны, расставив руки в боки. Рига сидела на кровати перед ним и смотрела в пол, размышляя о нависшей проблеме. Ее не волновало, что Уоргинтон ударил бы ее, уволил и так далее. Он забрал у нее спецпропуск, который был ей дороже жизни. Именно благодаря ему она могла бы отслеживать своих пропавших динозавров.

      - Меня заботит другое, - подала она голос.
      - Что?
      - Он забрал у меня пропуск. Я теперь не смогу персонализировать хоть какой-то компьютер, чтобы найти Дарвина и Вьюло.
      - Я поражаюсь тобой. Даже сейчас ты думаешь о них.

      Она подняла на него глаза, как бы удивляясь сказанному, но ничего не ответила. Такова была ее натура : думать обо всех , но не о себе. Многие бы просто забили на сбежавших. Какая разница? Прислали бы новых и дело с концом, но не она. Рига понимала и чувствовала гораздо больше других хладнокровных ученых, у которых на уме были только деньги от новых открытых видов, их физиологии и биологии. Именно поэтому Марк ценил и дорожил ей больше, чем кем-либо на этой проклятой базе.

      - И что теперь? Будешь гулять в бессрочном отпуске?
      - Надо найти динозавров. Они не смогут долго в неволе. И все из-за меня.
      - Прекрати. Ты ничего плохого не сделала.
      - И хорошего тоже.
      - Я уж не думаю, что они настолько безнадежны, как ты думаешь. Это же все-таки животные. Хоть какие-то инстинкты у них есть.
      - Они жили в клетке 10 лет, с самого детства. От такого любые инстинкты отобьются.

      Немного успокоившись, или возможно он просто устал ходить взад и вперед, Марк присел на кровати рядом с Ригой. Он понимал, что для нее ничего дороже этих существ в жизни нет, и она готова пойти на что угодно ради того, чтобы они были живы и здоровы.