До свидания, Сингапур!
Занятная история, – зевнула Танюсик, положив голову мне на колени. – Я всегда говорила, что любовь – великая сила!
– Да, неплохо, – согласился Сеня. – А писатель-то этот, японец, похоже, свою смерть предугадал. От укуса кобры…
– Писатели часто бывают провидцами, – сказал Миша. – И в своих книгах предсказывают будущее. Жаль, что оно иногда бывает таким кошмарным…
Он расправил плечи, улыбнулся и пошел за коктейлями.
А я открыла дневничок и начала дописывать стихи. И вот что у меня в итоге получилось:
Солнце зашло у Полярного круга,
Долгая ночь впереди.
Если любовь отнимают у друга,
В сердце ее не буди.
Пасмурным льдом покрывается море,
Море из боли и слез.
Если в душе поселяется горе,
Значит, любила всерьез.
Но умирать не желает надежда,
В прятки играя с судьбой.
Мне обещает, что вскоре, как прежде,
Будем мы вместе с тобой.
Знаю, увижу в начале недели
Взгляд твоих ласковых глаз,
И никогда никакие метели
Не разлучат больше нас.
– Круто! – восхитилась Танюсик, когда я прочитала свое творение. – Особенно про взгляд ласковых глаз.
– А чего это она стих написала? – поинтересовался Сеня. – По-русскому, что ли, задали?
– Да нет, ты забыл, что ли! У нее страдания, – шикнула на дружка Танюсик. – Леха поменял любовь на дружбу.
– А! Понял! – притих Брыкала.
И в этот момент мне пришла еще одна эсэмэска. Герой стихотворения словно услышал, что мы только что говорили о нем!
Похолодевшими пальцами я придавила кнопку… И чуть не свалилась с кресла. «Любовь», – гласило очередное послание от Лехи.
– Сашуля, тебе опять плохо? Ты такая бледная! – всполошилась Танюсик.
– Что на этот раз? Воздушная болезнь? – усмехнулся Брыкала.
Вместо ответа я протянула им телефон.
– Вау! – сказала Танюсик, прочитав. – Поздравляю!
– Во дает Леха! – восхитился Брыкала. – Съездил с одной оторвался, а теперь к другой возвращается! Мне бы такие каникулы!
Танюсик занесла руку для очередной затрещины, но в этот момент вернулся ничего не подозревающий Миша. Он поставил поднос на столик и сел рядом с нами. Холмс сиял, как новенькая монетка, и мне вдруг стало ужасно грустно. Я вспомнила ревущее море, пылающий вулкан, наш танец…
– Значит, у него никаких шансов? – прошептала Танюсик, жалостливо глядя на Фродо.
– Абсолютно никаких, – вздохнула я, взяла коктейль и закрыла последнюю страничку зеленого дневничка.