Глава 8

День уже перевалил за полдень, когда в доме деда Будаева начали подавать признаки жизни. Катя, с лицом цвета асфальта, сидела на краю дивана, сжимая в руках стакан воды, словно эликсир жизни. Сушняк был адский, голова раскалывалась. Полина лежала рядом, уставившись в потолок невидящим взглядом, тихо постанывая.
Катя допила воду залпом и, не выдержав, полезла в свой заначенный «тревожный» шкафчик. Достала пачку, закурила. Горький дым показался райским наслаждением.
В этот момент в проем зашли Бяша и Антон. Антон, в своих коротких шортах и футболке, опирался на плечо Бяши, но выглядел куда свежее, чем девчонки. На лице Бяши играла довольная, хотя и немного помятая, улыбка. Они уселись на пол рядом с диваном.
Катя судорожно протянула им пачку.
— Нате, добейте меня. Вам, смотрю, вчерашний отрыв пошел на пользу, не то что некоторым.
Антон взял сигарету и прикурил. Бяша отказался, махнув рукой.
— Не, на. Мне и так хорошо.
— Хорошо ему, — проворчала Катя. — Давайте, рассказывайте, как мы докатились до того, что орали в лес всякие гадости.
Я, конечно, была заводилой, но вы меня переплюнули. Что это вообще было?
— Это была терапия, Кать, на, — Бяша прижал к себе Антона, устроившего голову ему на плечо. — Мы все высказали этому козлу.
Он, небось, там сейчас от злости лопнул.
— Кстати, о козлах, — подала голос Полина, не меняя позы и не отрывая взгляда от потолка. — У тебя Антон, пятна на футболке. И у Бяши засос на шее. Вы там, пока мы спали, не просто вещи разбирали, я надеюсь?
Антон смущенно прикрыл шею рукой. Бяша лишь усмехнулся.
— Ну, было дело, на.
— Тоха теперь официально мой.
— Мой? — Катя подавилась дымом. — Вы чего, серьезно? За одну ночь? Ну вы даете. А как же Ромка? Он же вас обоих прикончит, если узнает.
— Пусть попробует, на, — Бяша стал серьезным. — Я его жду.
— И я, — Антон посмотрел на Катю, и в его глазах не было страха, только спокойная уверенность. — Мы больше не прячемся.
Компания сидела в полумраке гостиной, обсуждая вчерашний день, который превратился из кошмара в начало чего-то нового и, возможно, еще более опасного.
Обеденное солнце нещадно палило сквозь запыленные окна, заставляя Катю щуриться и шипеть от каждой яркой вспышки. Похмелье накрыло их плотным пыльным одеялом, но стервозная натура Смирновой требовала действий.
— Всё, народ, я так больше не могу, — Катя отставила пустую кружку и решительно поднялась, пошатываясь. — Если я сейчас не окунусь в холодную воду и не залью внутрь хотя бы банку ледяного пива, я просто самовоспламенюсь. Собирайтесь. Едем на озеро.
— Кать, какое озеро, я ходить-то боюсь, не то что плавать, — простонала Полина, наконец-то принимая вертикальное положение. Её тёмные волосы спутались, а на щеке отпечатался след от подушки.
— На, Катя, дело говорит! — Бяша, который уже успел натянуть майку, бодро запрыгал на одной ноге, надевая кед. — Водичка сейчас — самое то. У меня в багажнике покрывало валяется, и удочки есть. Тоха, ты как? Живой, на?
Антон, чувствовавший себя на удивление легко после бурной ночи с Бяшей, кивнул. Его губы всё ещё горели от поцелуев, а в голове приятно шумело.
— Я за. Только надо запасы пополнить. У нас шаром покати.
— Вот и решено, — Катя по-хозяйски хлопнула в ладоши. — Разделение труда: Поля, Бяша, вы собираете полотенца, остатки еды и дуете к берегу. Мы с Антоном — до местного ларька. Тут через пролесок минут десять, как раз проветримся.
Бяша подошел к Антону, по-собственнически притягивая его за талию.
— Смотри мне, на. В магазине не задерживайтесь. И сигареты нормальные возьми, а не эти «зубочистки» Катькины.
Антон улыбнулся и, не обращая внимания на смешки девчонок, притянул Бяшу за затылок, крепко целуя в губы.
— Не ворчи. Скоро будем.
Катя тем временем подошла к Полине, нежно обняла её за плечи и прошептала что-то на ухо, от чего Полина слабо покраснела и улыбнулась.
— Ждите нас у старой ивы, — скомандовала Катя. — И не вздумайте лезть в воду без нас, а то еще утонете с похмелья, спасай вас потом.