Глава 36: Ликорис
Т/и вошла в кабинет адской ботаники, дверь тихо скрипнула, будто нехотя пропуская её внутрь, и сразу же её взгляд начал быстро скользить по рядам парт, выискивая знакомую фигуру, при этом в кабинете стоял густой, почти осязаемый воздух — влажный, с запахом земли, сухих трав, измельчённых корней и чего-то металлического, как будто здесь недавно толкли ингредиенты в ступке, и этот запах ещё не успел выветриться, смешиваясь с прохладой из приоткрытого окна.
Следом за ней почти бесшумно зашла Француаза, чуть поправляя ремешок сумки на плече, её шаги были мягкими, осторожными, и она тоже сразу начала оглядываться, слегка прищурившись, будто привыкла считывать пространство быстрее остальных.
Т/и почти сразу заметила Айзека — он сидел у окна, чуть наклонившись над партой, сосредоточенно что-то чертя в своём блокноте, кончик ручки едва слышно шуршал по бумаге, выводя аккуратные линии, за стеклом дрожали голые ветви деревьев, и холодный дневной свет падал полосами на его руки, на страницы и на край стола, создавая ощущение, будто он вырезан из этой тихой сцены.
Т/и быстро подошла к парте, стул под ней тихо скрипнул, когда она села рядом, чуть задев его плечом, и сразу же чуть наклонилась к нему, словно проверяя, что он действительно здесь, а не в своих схемах, Француаза подошла следом и устроилась с другой стороны, аккуратно поставив сумку под стол, чтобы не мешала, и мельком посмотрела на них двоих, уже с привычной лёгкой улыбкой.
Айзек поднял голову, взгляд сразу задержался на них, и на его лице появилась лёгкая, почти спокойная улыбка, будто он и не удивился их появлению.
— Вы очень медленно шли, с учётом того, что кабинет анатомии в трёх минутах, — сказал он, чуть наклоняясь ближе к Т/и, приподняв бровь, и в голосе у него мелькнула та самая сухая ирония, которую он обычно прятал под маской спокойствия.
Т/и хмыкнула, уголок губ дёрнулся, она повернулась к нему всем корпусом, чуть опираясь локтем о край парты.
— Ты опять решил стать занудой? — она улыбнулась и, не дожидаясь ответа, быстро чмокнула его в щёку, легко и почти привычно, будто это движение уже давно стало частью их утренних ритуалов.
Айзек на секунду замер, его пальцы на ручке остановились, потом он тихо выдохнул через нос, будто сдерживая улыбку, и чуть отвёл взгляд, но уголок губ всё равно дрогнул.
— Возможно, — ответил он, чуть тише, и сразу нашёл её ладонь под столом, переплетая пальцы со своими, осторожно, но уверенно — только если совсем немного.