32 глава
Дверь осталась открытой.
Коридор тянулся внутрь квартиры, знакомый до каждой трещины в линолеуме, до запаха пыли и варёного супа. Лето делало всё плотнее — воздух, мысли, молчание.
Ксюша стояла на пороге, всё ещё не отпуская руку Фила. На секунду мелькнула глупая мысль: можно ведь сейчас просто сказать, что это ошибка. Что он зашёл не туда. Что всё это — сон.
Но было слишком поздно.
Мама смотрела на них растерянно, будто перед ней стояли люди из разных жизней, которые по ошибке сошлись в одной точке.
— Ксюша... — осторожно начала она.
Ксюша вдохнула. Медленно. Глубоко. Как перед прыжком.
Из кухни тут же раздался резкий звук — газету отложили.
— Люд, кто там? — голос отца был обычный, спокойный. От этого стало ещё страшнее.
— Да тут... — мама запнулась. — Тут Ксюша с... — она снова посмотрела на Фила, будто надеялась, что он исчезнет. — С гостем.
Шаги.
Медленные, уверенные.
Отец вышел в коридор. Сначала посмотрел на Ксюшу — внимательно, цепко. Потом его взгляд сдвинулся.
И остановился.
В этом взгляде не было просто недовольства. Было что-то старое, тяжёлое, будто из глубины памяти вытащили ржавый крюк.
Фил выдержал этот взгляд спокойно.
— Здравствуйте, — сказал он первым.
Тишина стала вязкой.
— Люд... — отец не отрывал глаз от Фила. — Это что?
Мама нервно сглотнула.
— Это... Валера. Филатов.
Фамилия прозвучала, как щелчок.
Отец медленно усмехнулся.
— Мам... пап, — сказала она и сама почувствовала, как дрогнул голос. — Нам нужно поговорить.
— Ну здравствуй, Филатов. Снова. — сказал отец Филу.
Ксюша резко повернулась к нему.
— Пап?
Он перевёл взгляд на неё. И в этом взгляде уже не было мягкости.
— Мы знакомы? — спокойно спросил Фил.
— К счастью — нет, — ответил отец. — Но фамилию твою я помню очень хорошо.
Мама шагнула ближе.
— Пожалуйста, — сказала она тихо. — Давайте без этого. Не сейчас.
Ксюша почувствовала, как сжимается горло.
— Пап, — сказала она. — Мы правда хотим поговорить.
Фил слегка сжал её пальцы. Почти незаметно. Поддержка.
— Говорите, — отец скрестил руки на груди. — Я слушаю.
Ксюша сделала шаг вперёд. Они с Филом встали рядом, плечом к плечу. Как будто это могло что-то защитить.
— Это Валера, — сказала она. — Мы... мы любим...
Мама ахнула.
— Ксюша, ты понимаешь, что говоришь?
Фил перебил.
— Я приехал за вашей дочерью, — сказал он ровно, чётко. — Я люблю её и хочу прожить с ней всю жизнь.
Слова прозвучали громко. Слишком громко для этой кухни, для этих стен.
Мама побледнела.
— Ты... — она задыхалась. — Ты вообще слышишь себя? Будет как с Ангелиной?!
— Мама, хватит, — резко сказала Ксюша.