Часть 23

В раздевалке стоял гулкий звон от брошенной на лавку металлической защёлки от рюкзака. Ран, уже в черной свободной футболке и джинсах, на ходу зашнуровывал кеды одной рукой, в то время как другая лихорадочно листала приложение такси на телефоне.

«Вызов принят. Ожидайте машину у Северных ворот через 7 минут».

Семь минут. Словно целая вечность. Он вскинул рюкзак на плечо и рванул к выходу, его шаги шумно отдавались по пустому бетонному коридору, пахнущему хлоркой и потом. Он уже почти выбежал в прохладный вечерний воздух, когда сзади, эхом разнеслись два голоса:

— Ран! Погоди!

Он резко обернулся. По коридору к нему бежали, запыхавшись, Риндо и Майки. Риндо был ещё в спортивной форме, лишь накинув поверх толстовку, а Майки, казалось, успел переодеться ещё быстрее — в его тёмной одежде с капюшоном, натянутым на голову, было что-то стремительное и готовое к движению.

— Куда собрался в одиночку? — выдохнул Риндо, поравнявшись с ним.

— На концерт. Вы же слышали, — бросил Ран, но в его голосе уже не было прежней резкости.

Майки молча подошёл и ткнул пальцем в экран телефона Рана, где мигал значок такси. Затем достал свой телефон, отменил вызов одним движением и показал свой экран. На нём был заказан не седан, а вместительный минивэн.

— Мы с тобой, — спокойно сказал Майки, его низкий голос не оставлял места для споров.

Риндо хмыкнул, поправляя спортивную сумку на плече.

— Без нас ты точно или заблудишься, или вляпаешься в потасовку.

Ран смотрел на них — на младшего брата, с твёрдым взглядом, и на члена своей команды, чья молчаливая поддержка всегда была надёжнее любых клятв. Уголки его губ дрогнули, а затем расплылись в той самой, редкой, но искренней улыбке, которую видели немногие.

— Спасибо, придурки, — хмыкнул он.

В этот момент на телефоне Сано вспыхнуло новое оповещение:

«Ваш транспорт: чёрный минивэн, номер 254. Прибыл к точке подачи ».

— Точно, — кивнул Майки, уже направляясь к выходу. — Поехали уже. А то, арену на уши поставят без нас.

Трое парней высыпали на улицу, где их уже ждала машина. Вечерний воздух был прохладен, но внутри Рана горел огонь — уже не только от желания успеть, но и от тёплой уверенности: он мчался не в одиночку. Он мчался туда, где его ждали, вместе с ребятами.

***

Трибуны «Токио Доума» были чёрной, бурлящей массой, пронизанной тысячами мерцающих огоньков. Гул толпы был низким, мощным, почти звериным. И вдруг — его не стало.

Резкая, абсолютная, оглушительная тишина обрушилась на арену.