Глава 10

Сознание возвращалось ко мне очень медленно: сначала я даже не понял, что просыпаюсь.

Тяжелый аромат цветов кружил голову. Напротив меня парило в воздухе круглое бледное пятно. Только через несколько секунд я понял, что смотрю на человеческое лицо, находящееся в двух-трех футах от меня. Наконец я нашел в себе силы сфокусировать взгляд: это было личико гоблина - круглое, с огромным выпуклым лбом и крохотными глазками-бусинками. Существо очень серьезно наблюдало за мной.

- Привет, - сказало оно.

- Привет, - сонно моргая, откликнулся я.

- Я Джозефина.

Это я уже понял. Сестре Софии на вид было лет одиннадцать-двенадцать. Этот феноменально безобразный ребенок внешностью напоминал дедушку. В девочке можно было предположить и острый ум Аристида.

- Вы - жених Софии, - сообщила Джозефина.

Я признал верность этого утверждения.

- Но приехали вы сюда со старшим инспектором Тавернером. Почему вы приехали с ним?

- Он мой друг.

- Да? Он мне не понравился. Я ему ничего не скажу.

- О чем?

- О том, что я знаю. А я знаю очень многое. Мне нравится все знать.

Она уселась на ручку кресла, продолжая внимательнейшим образом изучать мое лицо. Я почувствовал себя как-то неуютно.

- Дедушку убили. Вы знаете?

- Да, - сказал я. - Знаю.

- Его отравили. Э-зе-ри-ном, - она выговорила название лекарства очень старательно. - Интересно, правда?

- Пожалуй.

- Нам с Юстасом страшно интересно. Мы любим детективные истории. Я всегда мечтала быть сыщиком. И сейчас я веду следствие. Собираю улики.

Это был, как я понял, премерзкий ребенок.

Девочка снова вернулась к интересующей ее теме.

- А человек, который пришел с инспектором Тавернером, тоже сыщик, да? В книгах говорится - полицейских, переодетых в штатское, всегда можно узнать по обуви. Но у этого полицейского обыкновенные замшевые ботинки.

- Все на свете требует перемен, - пробормотал я.

Джозефина истолковала это замечание по-своему.

- Да, - сказала она. - Думаю, скоро здесь произойдут большие перемены. Мы переедем в Лондон и будем жить в доме на набережной. Мама давно об этом мечтает. Она будет страшно довольна. А папа, пожалуй, бросит свою писанину. Раньше он не мог себе этого позволить. Он потерял кучу денег на "Иезавели".

- На Иезавели? - переспросил я.

- Да, вы не видели спектакля?

- О! Это спектакль! Нет, не видел. Я был за границей.

- Он не долго продержался на сцене, а точней, просто с треском провалился. Пожалуй, роль Иезавели не для мамы. А как вы считаете?