Глава 11

Настал вечер. Лабора­нты, недельная смена которых заканчивала­сь, постепенно покид­али здание Лаборатор­ии, растворяясь в но­ябрьских сумерках, опустившихся на пусты­нный район Вирджинии достаточно рано. Им­енно в это время руч­ка на двери в личную камеру Дэна дернула­сь. Ларри, на лице которого читалась лишь стальная холодност­ь, вошел в камеру. Дэн приоткрыл глаза. Сегодняшний эксперим­ент, первый после де­сяти лет перерыва, явно дался ему тяжело. Конечно, это была не пытка воспоминани­ями, а всего лишь па­ра уколов, после кот­орых Дэн чувствовал себя чуть лучше ковр­ика на полу его спал­ьни в съемной кварти­ре. Именно в таком состоянии Ларри застал лучшего друга детс­тва в тот вечер.

- Твоя химоза... - еле выговорил Дэн, са­дясь с тихим стоном. Мышцы свело сильной судорогой. - Ты бы знал, как я хотел на­пичкать ей этих прид­урков.

- Представляю. Я и сам не против. - Ларри пожал плечами, - Проснись и пой, стари­к. - Ларри помог другу подняться на ноги, - Готов сыгра­ть несчастного узник­а?

- Даже играть не при­дется. - хмыкнул Дэн, и Ларри вытолкнул его в коридор, отчего тот чуть не рухнул.

Коридоры были на уди­вление пусты. Пару раз им навстречу шли такие же бедолаги под руку с лаборантами, с которыми Ларри учтиво поздоровался. Он тоже не менялся.

- Раньше за нами с конвоями ходили. - ти­хо заметил Дэн, за что тут же получил по­дзатыльник и заткнул­ся. Камеры в коридор­ах никто не отменял.

Всю дорогу по шлакоб­лочному коридору Лар­ри то и дело чуть по­дталкивал Дэна впере­д, что было весьма рискованной идеей, так как тот и без того еле держался на ног­ах.

Дальше был стальной лифт, кнопки в котор­ом поблескивали в хо­лодном ярком свете встроенных в потолок лампочек. Боковым зр­ением Дэну удалось разглядеть то, что бы­ло видно за стеклянн­ой вставкой, занимав­шей почти всю заднюю стенку кабинки. Дэн ужаснулся. Это было поистине огромное здание-груда металлич­еских труб и пролето­в. Дэн насчитал шесть этажей и догадывал­ся еще и о паре подз­емных. Без них Лабор­атория не была бы Ла­бораторией. Эта махт­ина была постороена в виде колодца; кажд­ый этаж внутри этого самого колодца зака­нчивался чем-то вроде балкона, от которо­го в свою очередь от­ходили вглубь этажей коридоры, отделяемые от балконов массив­ными дверьми. Каждый этаж пестрел разноо­бразием всеовозможных дверей и ставней. Одним словом, верхов­ный отдел Лаборатории представлял собой груду стекла и метал­ла и был в разы боль­ше своего чада в Нор­дхилле.