Глава 21. Цветы розмарина в снегу
Розмарин – память и мудрость. В викторианскую эпоху, когда веточку розмарина дарили вместе с крокусом это было напоминанием о каком-то воспоминании из прошлого. В трагедии Шекспира "Гамлет" Офелия раздаёт цветы и говорит: "Вот розмарин, он для памяти. Молись, люби и помни".
Мэри чувствовала, как капля стекла с волос и покатилась по задней части её шеи. Она с трудом нашла полотенце в покоях и была рада, когда оно всё-таки нашлось.
Здесь не было часов, а у неё не было с собой даже телефона. Это напрягало, потому что во времени она ориентировалась просто ужасно. Оно было для неё как вода для рыбы – существовало вокруг неё и было жизненно необходимо, но каждая капля была неразличима с соседней, а ориентироваться в пространстве можно только по другим предметам, находящимся в поле зрения. И то лишь примерно. Нимфа бегала туда-сюда, пытаясь всё успеть и не запнуться о собственную ногу. Смыть всю грязь. Расчесать волосы и попытаться забрать их в пучок. Психануть и вытащить из сумочки платье, параллельно снимая обувь.
Мэри позволила себе нервничать за закрытыми дверями, а потому вещи постоянно выпадали из рук, собственное тело плохо слушалось и вообще она надеялась, что всё пройдёт хорошо и из их сборища только у неё сейчас возникали проблемы.
Платье разложилось поперёк огромной кровати и казалось крошечным на её фоне. Оно было чёрное, но из-за света местами немного переливалось в глубокий изумрудный. По подолу и от конца длинных рукавов была россыпь изумрудного бисера. А ещё в нём были потайные карманы. Мэри закусила губу, понимая, что ей придётся очень сильно сдерживать себя, чтобы не засунуть в них руки.
Платье было приталенным в талии, а замочек молнии был с золотой саламандрой. Сверху девушка надела почти прозрачную чёрную накидку с капюшоном с узорами голых ветвей по подолу. Она тоже была приталенной в талии, но не так сильно, как платье.
Мэри готовилась к аудиенции с мрачной решимостью. Они были просто обязаны справиться. И чтобы успокоить саму себя, она спрятала в карман платья те самые светящиеся камушки. Два зелёных, два бирюзовых, один жёлтый, один лиловый и крошечный осколок голубого. Мариэлла сжала их в своей ладони и прижала к груди. Она знала, что это глупо. Но ей было безумно страшно. Цена неудачи была катастрофически высока.