20. Право на тишину
Почти вся банда с недоумением чувствовала нечто схожее с лифтовой левитацией, на что Ги реагировала, как на что-то обыденное. Через некоторое время этот странный спуск прекратился, и Вячеслав Геннадьевич отошел от панели управления, подойдя к ребятам.
— Так, от Нихила и его возлюбленной мы скрылись...
— Пора бежать отсюда! — заметил Терзо. — Маска, можешь...
— Подожди, — остановил его Бутусов, сжав плечо. — Необходимо сначала убрать клеймо |Mary|... Так Сестра вас не подчинит.
— Но как? — спросил Аспер. — Вы изгнали |Metallic|-у из меня, но клеймо |Mary on a cross| — это буквально стержень инородный.
— С ним даже я не справилась! — заявила |Бреган Д'эрт|. — Мы думали вылечить Кардинала, но что-то пошло не так...
— |Бреган Д'эрт|, ты не виновата! Я сам первый раз сталкиваюсь с таким типом метки, — мягко произнёс Бутусов, и в его голосе не было ни тени упрёка, лишь усталая спокойная уверенность, от которой ребятам становилось чуть теплее. — Полагаю, будет больно! Аспер, можешь приступить боль?
— Да запросто! Кого надо первым?
— Давайте, с меня начнем! — заявил Омега. — Мне как раз интересно, как работает твой |Re-align|!
— Хорошо! — заявил Вячеслав. — Но, прости за такой вопрос, могу я тебя кое о чем попросить?
— О чем, герр Бутусов? — спросил Омега.
— Пригнись, пожалуйста! Я не достаю...
— О чём речь? — усмехнулся Омега.
Аспер положил руки ему на плечи, и Омега опустился на колено, идеально сравнявшись с ангелом. Тот обхватил ладонью его шею и, добравшись до клейма, взялся за него так, будто это был не проклятый символ, а обычный пирсинг. Он слегка оттянул метку — Омега сдавленно зашипел, и Аспер тут же настроил стенд, притупляя боль. Когда гуль перестал чувствовать боль, ангел, собравшись духом, вырвал клеймо из затылка. На свое же удивление Омега этого уже не почувствовал, не было даже крови. Но стержень стал вылезать из глаза, тогда Аспер сам извлек инородное тело.
— Готово! — шепнул он и сжал ладонь так, что метка хрустнула, как леденец.
Омега моргнул — один раз, другой — и медленно поднял руку к затылку, где ещё недавно пульсировала чужая воля.
— ...Невероятно, — прошептал он, будто проверяя, действительно ли мыслит теперь сам. — Такое ощущение, будто вы мне голову прочистили...
— Полагаю, это нормально, — мягко отозвался Бутусов. Он выдохнул, отступая на шаг, и теперь выглядел так, словно несколько лет напряжения соскользнули с его плеч. — Теперь ты вне её поля. Метки больше нет, — выдохнул он, и обратился к Мист, Эрику и Терзо. — Теперь разберусь с вашими.