Любви место быть

Рисад сидел на крыльце, упёршись на ружье, и рассуждал, какой сыр вкуснее: эйдеранский или бретонский с плесенью. Каджит поднял голову, решив, что эйдеранский всё-таки вкуснее, и увидел, как по дороге на сенч-рат едет красивая тёмношёрстая каджитка. Её шерсть на солнце отсвечивала так, что казалось, что она не чёрная, а глубоко-глубоко-синяя. Лёгкий ветер чуть покачивал её тёмную, заплетёную в косички гриву, свисающую до плеч. Бирюзовые глаза были прищурены из-за яркого солнца. Незнакомке с виду было около шестнадцати. Рядом с сенчем, который вёз красавицу, шёл каджит, определённо старше наездницы. Он был средних лет, тоже с тёмной шерстью, но уже с немного потускневшей. Сенч-рат, кстати, тоже был тёмный. Из этого Рисад мог заключить, что это идут отец, сын и дочь. Каджиту очень хотелось с ней познакомиться, но он же не мог просто подбежать к идущим с словами "Здрасте, я Рисад. А вы?" - это было бы глупо, по этому подростку оставалось только проводить семью взглядом к дому, в который они зашли.
-Сильно не засматривайся, - произнёс кто-то в дверях, - её отец никого к ней не подпускает, и брат за неё заступается, а ты можешь представить, что с тобой сделает сенч-рат одним ударом?
Незнакомец вышел полностью из трактира, и Рисад мог полностью его рассмотреть: это был даги, скорее всего даже даги-рат.
-Что, прям такая недоступная? - Сын Ваши встал и облокотился на стену, смотря вниз, на подошедшего. - Зато такая красивая... - И кот мечтательно поднял взгляд вверх.
-Я тебе говорю - не мечтай, погубишь только себя...
-Ты прав, - прервал его Рисад, - не надо мечтать, надо действовать. - сказав каджит вернулся в трактир.

Рисад про себя рассуждал: "Может написать письмо любовное, нет, ну что я там напишу? <Здравствуйте, я вас видел на улице, и вы мне понравились>? Нет, это бред и бескультурщина, надо что-то другое... О, а может, стихи? Я никогда не был силён в поэзии, но ведь я и не пробывал. Да, решено, напишу небольшой стишок и подложу его к ней под дверь". После чего Рисад сел за стол и начал усердно думать. Через полчаса работы вот что у него вышло:

"О, незнакомка прекрасная,
Я видел Вас
Лишь один раз,
Но вы, как императрица властная,
Взгляд моих пленили глаз.

Если ж Вы согласны на беседу
(Но учтите,
Этим Вы полностью победу
Надо мною учините),
Ради пустыни напишите
И записку эту к забору приколите."

В эти одиннадцать строк он вложил всю свою душу. Наверное, если задеть огромным чёрным камнем душ эту бумажку и порвать её, то камень полность заполнится. Но Рисад не хотел этого проверять, он даже и не подумал о этом, тем более зачем ему уничтожать то, во что он вложил душу; и зачем ему заточать свою душу в чёрный камень душ. Каджит пошёл к тому дому, в который вошла девушка. Он сунул записку под дверь и быстро убежал. Рисад снова сел у таверны и посмотрел на закат, краем глаза посматривая на дом. Закат был красив: ало-красное солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, только песок, небо и Мундус. Когда Мундус скрылся, Рисад пошёл спать.

Проснувшись, каджит вышел из комнаты и наткнулся на отца:
-Ты куда-то торопишься? - спросил Ваша. - А как же завтрак?
Рисад быстро ответил, что не голоден, и выбежал из таверны. Посмотрев в сторону дома, он увидел записку на заборе, и, вне себя от счастья, побежал к дому, снял записку и скрылся в проулке.

"Извините, я не умею стихи писать, но если Вы хотите встретиться, то тогда в полдень в таверне "У Раджиры".
Буду ждать.
                               Имя пока в тайне..."
Рисад онемел: она согласилась на свидание. Хоть он даже не знает её имени, он всё же мечтал о встрече, и вот она, и даже в той таверне, в которой он живёт.
Пока каджит шёл, он рассуждал, в каком образе ему предстать перед девушкой: в образе брутального тоджай, или, может, скромный малый, или щеголь, дамский угодник, нет, это всё - не то. Рисад решил быть самим собой, но кто он? Как быть кем-то, если ты не знаешь, кто это? И правда, кто же он? Для какой цели он рождён? Всему своё время...

Зайдя в таверну, Рисад осмотрел холл. "Видимо, ещё не пришла..." - думал он. Юноша сел за барную стойку и заказал пинту эля.
Дверь на мгновение распахнулась, и в трактир лёгким шагом забежала та самая незнакомка. Войдя, она тоже начала осматривать холл, но девушка не знала, кого ищет, и по этому просто ждала, когда её поклонник найдёт её. Так и случилось. Рисад сразу заметил её, но не знал как подойти. Немного помешкав, он всё-таки нашёл в себе силы и пошёл на встречу судьбе. Девушка заметила, что к ней идёт каджит, самый красивый из всех, которых она видела, и в душе она молила Мать-Кошку, чтобы это был её поклонник, ибо она уже влюбилась в него. К ней на встречу шёл стройный, высокий рыжий каджит, с длинной гривой, и полностью зелёными глазами. У него на плече висело красивое ружьё из красного дерева, с красивым узором и синими рунами.
Подойдя, Рисад, молча, но нежно, поцеловал руку юной леди и повёл её за свободный столик, который уже приглядел в углу. Сев с ним за стол девушка подумала, что он немой, но ей не было до этого дела, так как она уже была в него влюблена. На самом деле у Рисада просто язык скрутило от волнения. Однако, он понимал, что вечно они так сидеть не будут, и мальчик нашёл силы заговорить:
-Меня зовут Рисад, - начал он, как-будто с пересохшим горлом (хотя, на самом деле так и было), - а вас?
-Я - Лесспа. - Сказала она так же.
После этого они одновременно осушили стаканы с водой. Поняв, что они сделали это одновременно и по одной и той же причине, парочка рассмеялась.
-Значится, вы видели меня на улице, - начала Лесспа, - но когда, почему я вас не видела?
-Это было вчера, после обеда по моему, вы проходили с семьёй мимо таверны, а я сидел на крыльце и размышлял.
-Позвольте спросить, а о чём вы размышляли?
-Позволяю. - ответил Рисад, и девушка вновь засмеялась. Для Рисада её смех был музыкой
-На самом деле ничего серьёзного, я просто размышлял какой сыр вкуснее, - сознался юноша, - кстати, как вы относитесь к эйдеранскому сыру?
-Положительно, это не отъемлемая часть нашего стола.
-"Неотъемлемая"? - он съимитировал удивлённую гримасу, - А я ем, - после этих слов снова раздался смех.
-Ну, а напитки какие предпочитаете, есть какие-то особые, любимые?
-Если честно, я однажды попробовала нордское солитьюдское вино, и оно мне очень понравилось.
-А давайте, я схожу и закажу нам этого вина, эйдеранского сыра и какого-нибудь салата?
-Но у меня нет денег...
-Что вы такое говорите, - прервал девушку Рисад, - вам и не нужны деньги! Я-то на что? У меня есть деньги.
-Но зачем тратить ваши деньги на меня?
-Но ведь деньги созданы, что бы их тратить. Так почему бы мне не потратить их на прекрасную даму.
Лесспа засмущалась, а Рисад пошёл к стойке. У стойки стояли Пётр и Джо.
-Ты что, мадам кадришь? - спросил Буров у каджита, говорящего с барменом, и не заметившего его.
-Здраствуй, - молодой кот повернулся к землянину, - что?
-Говорю, ты что, там даму клеишь?
-Не знаю, наверно, - Рисад пожал плечами, - у нас свидание. Это можно назвать "клеишь"?
-Вполне.
Бармен сказал, что заказ готов, и его сейчас поднесут к столику. Рисад вернулся к Лесспе. Через минуту заказ был на столике: бутылка солитьюдского вина, тарелочка с эйдеранским сыром, и две порции салата из акавирских овощей. Влюблённые ещё долго сидели, болтали, смеялись.
-А знаешь мне ведь советовали с тобой не связываться, - сказал Рисад, когда больше половины бутылки вина, развязывающего язык, было осушено.
-И кто дал тебе такой дельный совет?
-Вон тот малый, в противоположном углу, - и Рисад указал на вчерашнего даги, смотрящего на парочку, - а почему совет дельный?
-О луны, это мой брат! - вскричала девушка, - мне придётся уйти, хотя уже и поздно... Ненавижу эту семью! - Лесспа поднялась и хотела идти прочь, но Рисад поймал её за руку:
-Стой! Всё равно уже поздно, как ты сказала. Останься. Останься со мной. - каджит нежно взял е руку в обе свои, - давай уйдём вместе, раз ты их ненавидишь.
-С тобой? - спросила юная леди с надеждой, на что кот кивнул.
-Хоть в Скайрим, хоть в Сиродил, только подальше от этих извергов.
-Мы завтра вернёмся на нашу ферму, а это далеко от Дюны.
-Я согласна.
-Но ты не должна ночевать дома, иначе тебя не выпустят.
-И что же делать?
-Дай подумать... Я сниму тебе комнату и пойду с тобой, так как твой брат уже видел тебя, и мало-ли они придут ночью.
-А если они убьют тебя, - вскричала вновь Лесспа, - они могут, мой брат на такое способен.
-Я не буду спать.
Рисад взял за руку Лесспу, и они быстро пошли к бармену. Рисад сказал, что нужна двухместная комната.
-О, что-то быстро, прямо на первом свидании, нехорошо это... - сказал Пётр, всё ещё стоящий там, улыбаясь.
-Она идёт с нами завтра, можно сказать, что я её похищаю. Но её надо защитить от возможного пришествия её отца или брата.

Юноша с девушкой быстро поднялись на второй этаж, где была комната Лесспы, и Рисад сказал, что сейчас придёт. Он пошёл к своему отцу и рассказал ему всё как есть.
-Сын, но это необдуманый поступок, вы знаете друг друга буквально несколько часов.
-Пять, пять лучших часов моей жизни. И их хватило нам.
-Ты уверен?
-Абсолютно.
-Что ж, значит, история повторяется...
-В каком смысле, отец?
-Твоя мать. Именно так всё и было. Я познакомился с ней в таверне. Как оказалось, у неё тоже были такие проблемы с отцом, и я похитил её у них. По её согласию, разумеется. Но, правда, я был постарше.
После разговора каджит вернулся к своей уже официально возлюбленной, и Лесспа легла спать на мягкую постель. Рисад зарядил ружьё, погасил свет и сел рядом с кроватью.

Его разбудил скрип двери, Рисад открыл глаза, осознав, что он всё-таки уснул, и в уме ругая себя за это, он увидел дверях низкую фигуру с ножом. Это был брат Лесспы. Сначала Рисад не шевелился, но потом, поняв что даги смотрит на него, быстро вскочил и поднял ружьё, взяв на мушку незваного гостя.
-Я тебе говорил, чтоб не лез, что не твоего поля ягода. - от слов даги проснулась Лесспа и закричала.
-Уходи отсюда, и передай отцу, что Лесспа больше не вернётся.
-Только через мой труп! - вскрикнул мелкий каджит.
-Ну, это я быстро могу устроить! - ответил Рисад. Каджит повернулся к Лесспе, лежавшей в постели, и подмигнул. Её лицо выражало страх. Пока Рисад смотрел на девушку, даги прыгнул на него, Но юноша быстро среагировал, и защитился ружьём. Штык вонзился в плечо даги-рату. Тот закричал. Рисад вынул штык из плеча кота, выбил его нож ногой, и придавил к полу. Затем схватил его за пояс и быстро вынес на первый этаж и выкину из таверны.
-Проваливай отсюда! - закричал он, - и передай своему отцу то, что я тебе говорил.
Вернувшись в комнату, не обращая внимание на то, что его отец пришёл туда, Рисад нежно обнял Лесспу:
-Прости, что ранил твоего брата. Я просто защитился.
-Я ничуть не обижена, - сказала Лесспа, склонясь к коту, и гладя его по гриве, - я даже на миг хотела, чтобы ты убил его.
-Но ведь он твой брат! - встрял Ваша.
-Сводный. Он - сын моей мачехи, которая, слава богам, скончалась.
-Всё равно, сын, ты правильно сделал, - обратился Ваша к сыну, - иначе бы на тебя повесили убийство.

На улице светлело. Ваша сказал, что пора собираться. Все быстро повиновались. По дороге из города Рисад купил Лесспе походную одежду: кожаные штаны, льняную рубашку с жилеткой, высокие сапоги из кожи и накидку на голову и лицо, чтобы не нагревало солнце, и не летел в глаза песок.
Они долго шли по пустыне, но вдруг об броню Джо разбилась огромная сосулька. В пустыне!
-Даги! - Закричал Ваша, - в укрытие!
Все попрятались за камни и достали оружие. Лесспа закрыла голову руками от испуга, и Рисад затянул её за камень.
Шла перестрелка. Рисад смело выглядывал и стрелял. И каждый его выстрел заканчивался смертью одного даги. И вот он выглянул для очередного выстрела, как вдруг ему в левое плечо прилетел кусок льда. Ему было ужасно больно и холодно. Он спрятался за камень и пытался вытащить глыбу. Ваша, Пётр, Джо и Том быстро добили оставшихся и поспешили к Рисаду.
Ваша произнёс заклинание и положил руку на глыбу и та быстро растаяла. От воды из глыбы рана быстро начала затягиваться.
-Да как ты это делаешь, - вскричал Буров.
-Я смешал заклинание огненного прикосновения и лекарских рук, по этому растаявшая глыба была лечебной.
-Спасибо, стало гораздо понятнее, - со смешком съязвил Пётр.
-Благодарю, отец.

Далее отправились ускоренно. Домой пришли только к вечеру. Зейнаби и Кейла спали. Лесспа легла на кровать Рисада, а он постелил себе на полу.

Утром все, кроме Рисада и Лесспы, сидели и завтракали.
-А где Рисад? - Спросила Зейнаби.
-Видимо, они с Лесспой ещё спят.
Зейнаби даже подавилась:
-С кем? - сказала она прокашлявшись.
-Рисад в городе себе киску подцепил, - вмешался Пётр с ухмылкой.
-Это как это? - У Зейнаби всё ещё были большие глаза.
-Наш сын привёл в дом девушку, - Ваша развёл руками, - как и должно было когда-нибудь случиться.
И каджит рассказал жене историю знакомства Рисада и Лесспы.
-Похоже, нам стоит женить детей, пока к нам не наведались их родственники..
-Это точно. - после этих слов из комнаты вышли влюблёные, и все сразу притихли.
-О нас говорили... - заключил Рисад.
И дети сели завтракать.