Глава 2. Засекреченный список

Глава 2.

Засекреченный старик

Когда Петропавлу наскучило одному, он двинулся в том же самом направлении, в котором исчез Бон Жуан, и сразу обнаружил, что комната плавно переходит в лес: сначала на полу появились отдельные травинки, потом - пучки, низкие кустики, деревья - и вот уже Петропавел забрел в чащу. Оттуда доносился развеселый какой-то голос: там пели песнь. Слова в ней были такие:

Двенадцать человек на сундук холодца - Йо-хо-хо! - и ботинки гнома.

Петропавел пошел на песнь и увидел сидевшего на суку небольшого бескрылого старичка, ее распевавшего. Петропавел сразу решил быть с ним строгим и спросил:

- Вы кто такой?

- Не твое дело! - старичок оказался грубым. - Ты так спрашиваешь, словно это ты создал мир, а я, вроде бы, проник в него без твоего ведома! Но мир создал не ты, я точно знаю. Кто такой... Никто такой, вот тебе! - и он запустил в Петропавла шишкой. Тот поднял шишку и удивился ей: дерево, на котором сидел старичок, было березой.

- Откуда у Вас шишка?

- От сердца оторвал, - нашелся старичок в этой, казалось бы, безвыходной ситуации. - Любопытной Барбаре нос в походе оторвали!

- В комоде, - поправил Петропавел.

- Барбара смущена, - диковато отреагировал старичок.

Петропавел не понял и остолбенел.

- Не надо столбенеть, как будто ты услышал чушь, - посоветовал старичок. - Ты ведь не можешь гарантировать, что в настоящий момент где-то, пусть даже далеко от нас, не находится какая-нибудь незнакомая нам Барбара. А если это так, то не исключено, что именно сейчас она чем-либо смущена. Впрочем, это тоже не твое дело.

Разговаривать с грубияном-старичком дальше не имело смысла - и Петропавел решительно двинулся вперед. Лес густел медленно и незаметно, как кисель. Петропавел поднял голову на треск сучьев: старичок, оказывается, крался за ним.

- Вы все еще тут? - холодно спросил он его.

- Что ты непрестанно лезешь в мою личную жизнь? - заорал старичок, а Петропавел от возмущения такой постановкой вопроса в сердцах пихнул ногой громадный дуб, который тут же повалился вбок, подминая под себя другие деревья. Одно из них задело грубого старичка, и тот неожиданно неуклюже - мешком - свалился в траву, не проронив ни звука. Петропавел подождал с минуту: может, звук запоздал? Но звук так и не раздался. «Я убил его!» - ужаснулся Петропавел и бросился к пострадавшему. Тот лежал в траве и смеялся. Насмеявшись, он грамотно объяснил:

- Я не убился, а рассмеялся!

- Давайте все-таки познакомимся, - смягчился Петропавел при виде такого добродушия.