52. Второй тур
— Апчхи! — потёрла свой нос Ванесса, болтая ногой на койке, пока мадам Помфри искала зелье.
— Нет, ну вы только посмотрите... Чем, деточка моя, ты вообще думала?
— Зато было весело...
— Весело ей было! Я понимаю этого Крама. Вон ведь там холодно, наверняка он привык. Но вы с Уизли-то что искали на дне озера? Хорошо, что хоть у Фреда иммунитет оказался получше твоего и бодроперцовое зелье за день его поставило на ноги.
— Мы просто хотели посмотреть, что там ищет Виктор.
— И что? Нашли? — достала огромный шприц с иглой целительница.
Ванесса вмиг застыла, сглотнув слюну. В горле заболело. Начала дышать только, когда мадам Помфри, целиком рассмотрев этот маггловский шприц, выкинула его в мусорку.
— Не нашли...
— Ладно уж, рыбка ты наша. Думаю, уже завтра сможешь вернуться к занятиям. Негоже сразу после каникул неделю отлёживаться на больничной койке.
Впрочем, Ванесса впервые болела так долго. Подняла с пола скомканную газету от Риты Скиттер в надежде, что Гарри с друзьями удалось утешить Хагрида. Ведь в недавней статье та раскрыла главный секрет школьного лесничего, выставив его злобным полувеликаном. С каждой статьей Ванесса задавалась вопросом, как скоро в ее статьях появится, что похуже? И как она вообще узнала об этом? Загадка.
Почистила мандаринку, размышляя о том, что пропустила за время болезни. Мадам Помфри не пускала к ней ни Гарри, ни Рона, только однажды Гермионе удалось убедить целительницу в важности свежих фруктов, и то разрешила войти лишь на пару минут.
Радовало только пронырство Фреда. Ему всегда удавалось пробраться к ней. Один раз даже уснули в обнимку, а наутро целительница прогнала его метлой. Закрыла все окна, забрала ключи из двери, но даже так Уизли пробрался. Вычитал где-то странные чары и, добавив к ним зелье, прилип к потолку. Мадам Помфри даже не видела, как за короткое время, пока она выходила из больничного крыла, рыжеволосое чудище вылезло, как паук, правда потом свалился, благо был уже близко к полу.
Когда до турнира оставалось два дня, Ванесса наконец-то смогла вернуться к занятиям. Подглядела вместе с Гермионой письмо от Сириуса, хоть и короткое, состоящее всего из фразы: «Сообщи дату следующей прогулки в Хогсмид», — оно сумело вернуть в её сердце прежнюю боль. Казалось бы, эта тоска ушла, ведь Сириус никогда не был частью её семьи, но любое упоминание о нём возвращало в душу каплю зависти и смятения.